Планета Алит-8 по каталогу Империи, оказалась для нас с Миштом серьёзным орешком: вокруг неё вертелось сразу 27 разномастных верфей, строя десятки кораблей в сутки. Устроить на ней диверсию — мечта любого разведчика. Для нас самое сложное заключалось в том, что называлась планета по каталогу Империи, а принадлежала нашему Союзу. И верфи эти переводили сюда не просто так, а в качестве стратегического запаса одного из наших собственных главнокомандующих.

Устроив ту грандиозную пьянку, растянувшуюся на одиннадцать дней, нам удалось, взамен подыхающих от чёрного похмелья инженеров, "впихнуть" на места своих людей, которые и "умыкнули" с орбиты дюжину верфей в неизвестном направлении.

Главнокомандующий наложил на себя лапы, мы вернулись на "Амталл" лечиться, а верфи вынырнули на самой границе Союза, наполнив своим самым ходовым товаром самый лихой люд, стремящийся скорее разведать, что там, за границами обитаемого пятачка.

Война закончилась, а лихой люд надо чем-то занять.

"Закон фронтира", всё совсем как в "Трассе 60".

Паучок, накрыл своей невесомой тушкой мой нос, замер, уколов обезболивающим и хрустнул, выправляя повреждение.

Соскользнул на пол и зажёг транспарантик: "Нос сутки не трогать!"

— Мишт рассказывал, что у вас на "Амталле" есть голова чернокожего в банке со спиртом. — Жанна подалась вперёд, разыгрывая кончиками пальцев на столе целую фортепианную гамму. — И что ты… Каждый раз тщательно протираешь банку и любуешься этой головой…

Оливия сделала вид, что её сейчас стошнит, но вместо внимания дождалась лишь одноразовый стаканчик от Кахонки и слов: "Делай сюда, если что…"

Прикоснувшись пальцами к носу, наткнулся на совершенно ледяную нашлёпку, к тому же стукнувшую меня током!

— Знаешь, Жанна… Любой из нас, увидев эту голову, протёр бы с банки пыль и долго любовался, чувствуя, как глубоко дышится чистым воздухом!

— Так… Какого негра вы замочили? — Не выдержал далеко не толерантный и оттого симпатичный мне капитан "Арии".

— Ну для начала скажу сразу — это не негр! — "Обломал" я присутствующих. — Альгедийцы от сильного страха либо белеют — чаще всего, либо становятся чернее цвета своих глаз.

— Мишт не говорил, что это альгедиец! — Жанна с укоризной посмотрела на жениха, который очень скоро станет её мужем и будет во всём виноват уже совершенно официально.

— Да, это альгедиец… — Я замер, предвкушая следующую фразу, уже готовую сорваться с моего языка. — И вы, Жанна Владимировна, его прекрасно знаете… Так же, как и я и ещё восемь человек, подписавших "договор переселения". Это — ХРН-Тб. Помните такого, Евгений Романович?

— Ты его…? — Терехов отставил в сторону стакан с чаем.

Пришлось признаться, что — увы — не я.

— Интересно, капитан "Амталла" продаст трофей? — Жанна задумчиво откинулась на спинку стула. — Думаю, это будет чудесный подарок Его Императорскому Величеству Милу I!

— Длона Ангерп будет горд преподнести в качестве подарка… — Начал было разливаться соловьем один из дипломатов от "союзной" стороны.

— Длона Ангерп будет горд послать далеко и длинно любого, кто попытается надавить на него! — Мишт очень точно описал ситуацию одной-единственной фразой. — Трофеи — это святое! Но я попрошу его прислать точную голограмму головы… В этом он мне не откажет.

Самоуверенность Мишта меня просто поражала! Для начала — трофей был добыт совершенно не нами! А во-вторых… Я очень просил капитана, не расставаться с "банкой" и не разрешать её "фотографировать".