На экране творился форменный кавардак.

Тяжёлый истребитель, эдакий шар, сплюснутый снизу и с намалеванной на бортах большой красной звездой, на котором я прилетел, под чутким руководством Кристалла, облепили десятки паучков, вскрывая все лючки, люки и дверки, который можно было открыть.

— Нам очень нужны союзники. — Повторил я слова Мила. — Только союзники нашего теперешнего уровня — это слабые союзники. Не будь военных действий — не было бы и проблем. Двигаясь вместе, за пару десятилетий, за столетие, добились бы успехов. Но — война. А сильному союзнику нам нечего предложить — он сможет все взять и сам.

— Кат! — Раздался голос в нарукавном приёмо-передатчике, "прихватизированном" из комплекта дальней связи. — Мил снова ругается и сказал, что теперь все решения принимаешь ты сам.

"Ковчег", пользуясь новейшими разработками имперцев, прочно обосновался теперь на рейдере, оставив ТОК для охраны орбиты.

Ни один из компьютеров, установленных на "Армадоне", не обладал и сотой долей такого потенциала, как Кристалл и сопротивляться даже и не думал.

— Умеешь ли ты доверять? — Удивил меня своим вопросом, паук, так же с любопытством рассматривающий копошение мелких паучков на обшивке моего истребителя.

— А есть предложения? — По-"еврейски", усмехнулся я. — Внимательно слушаю.

— Ваша система тупиковая и малопригодна для ведения боевых действий. — Паук пошевелил лапой и мельтешение на экране сменилось на величественный танец планет, вокруг светила. — Достаточно поставить под "замок" две финишные дорожки, что ведут к вам и любая попытка штурма превратится в беспорядочное падение на соседнее светило — законы физики надпространства никто не отменял.

На экране появилось две зелёных "дорожки" упирающихся друг в друга и образующих тупой угол, градусов в сто десять-сто тридцать.

Даже с нашими ТОК-ами и одним-единственным рейдером, приткнувшимся на вершине угла, система и впрямь получалась неприступной крепостью.

— Остается только выход в соседней системе и двухмесячный переход на стандарт-двигателях. Но это — удовольствие для обезьяны. Граната с выдернутой чекой и валяющаяся на тяжелых ракетах — намного безопаснее, чем такой переход. — Новенький переводчик, что теперь висел у меня на шее вместо встроенного в шлем скафандра, переводил на русский просто изумительно, наполняя щелканье и треск моего собеседника человеческими обертонами и родными, земными, сравнениями.

— Нельзя всю жизнь просидеть за стенами. — Пожал я плечами. — Это хорошо на год, два, десять. Но, увы — война!

— Мы можем подписать союзный договор. — Паук, мне показалось, тяжело вздохнул. — Но, для вас это будет кабала, лет на 25-50!

— Са Прае… — В голове моей мелькнула мысль и… Прости меня, Мил, но теперь я её буду "думать". — Ты сказал, что твой корабль — научно-исследовательский?

Паук кивнул.

— Он принадлежит государству? Или некоему учебному заведению?

— Институт арендует его у меня. — Паук уставился на меня так пристально, что страшно стало до чертиков. — Я не понимаю…

— А если, наша планета заключит договор на обучение студентов, сразу с институтом, минуя союзные и прочие? Напрямую? — Са Прае кивнул головогрудью и паучки утащили экран вверх.

— Остаётся одна сложность. — Внезапно проскрежетал медальон. — Оплата.

— В период войны, любая из сторон хватается за любую возможность, набрать как можно больше пушечного мяса.