За широким дверным проемом находилось сердце дома, невероятно огромное, свободной планировки, разноуровневое жилое пространство. Через потрясающие ленточные окна с фоторецепторными стеклами открывался панорамный вид на луг до самых дальних возвышенностей вдоль побережья, где находилась метеостанция. Также здесь предполагался камин, но его еще не смонтировали. Камин лежал на полу, разобранный на секции, каждая из которых была завернута в пластиковую упаковку. Он лежал здесь уже довольно давно: на не расстеленном ковровом покрытии остались неизгладимые отпечатки. Камин являлся еще одной отличительной чертой стиля первых поселенцев, мрамор и асбест, подлинная старина.

Фальк присел около упакованных секций камина на ковре и осмотрел их. Похоже, все вместе они весили не меньше тонны. Что за человек тут так самовыражался? К тому же надо иметь много денег и неколебимую уверенность в своей значительности. Построить такой впечатляющий дом — это нечто. Все равно что заявить о новых корнях, об ответственном отношении к будущему: отличное место с отличным видом на многообещающий мир, будущее наследие, родовое гнездо в процессе обустройства. Но ведь колонизация планеты Поселение 86 вызвала приток и в сфере индустрии обслуживания, прилив рабочих и специалистов — сантехников, инженеров, плотников, каменщиков, столяров, плиточников, кровельщиков. Располагая фактически нетронутыми природными ресурсами, приличный мастер всегда отыскал бы цельный камень, чтобы сделать из него камин. Величественную лестницу тоже можно было бы вырезать из местной древесины. А на заводах Шейвертона вполне сумели бы сделать качественные крепления для осветительных приборов.

Но хозяин этой стройки все это в Айбёрн привез. Он выбрал, купил и оплатил доставку из других миров. Фальк содрогнулся, подумав, грузом какой массы был этот камин и сколько стоила его перевозка по спинраду. Вот она — устойчивая привычка человека тащить за собой статусные вещи из своего прошлого. Дерзкое самоутверждение, два пальца в лицо расчеловечивающей необозримости этой галактики.

Но настоящая ирония, конечно, заключалась в том, что мебель в стиле поселенцев была ультрамодным трендом среди колониальных модников. Долгое время поступали следующим образом: вывозили мебель и фитинги с Земли, перемещали классический стиль, принятый на родине, и основные элементы на чужбину, чтобы иметь камин, или парту с покатым верхом, или банные тапочки, которые когда-то «жили» во Франции, или в Аргентине, или в Норвегии, чтобы обладать изразцами ручной работы из голландского крестьянского дома, или какой-нибудь пол из наборного паркета, некогда украшавший итальянскую библиотеку. Эту болезнь Фальк вполне мог понять: связь с местом, где родился, одержимость оригинальными и аутентичными вещами. Кухонный стол из дуба, выросшего на Земле, устанавливал духовную связь, чего не удалось бы ни одному другому столу, даже если бы его изготовили из сортов дерева, намного превосходящих дуб и самых лучших из тех, которые эта колония могла предложить человеческой расе.

Но та мода сейчас считалась примитивной и приземленной. Теперь в моду вошло обладание вещами, изготовленными в стилях земных поселений: диван с Планеты 3, открытая веранда с Планеты 9 с использованием облицовки с Планеты 17.