Войдя, гостья сняла шляпку, аккуратно повесив ее на вбитый в стену гвоздь…

– Ну? – бросив шлафрок на спинку стула, Антон радостно улыбнулся. – Проходи вот, садись… Снимай свою шаль и шубку… У меня, как видишь, тепло!

– Это не шубка… шушун…

– Все равно снимай. Дай, я помогу… Повернись-ка… Ах… Я все-таки тебя нашел!

– Пожалуй, это я тебя… Увидела объявление в газете… и вот… Сначала съездила к твоим, под Нарву. Там сказали, где искать…

– Ах, милая… А ну-ка, повернись…

Поцеловав возлюбленную в шейку, молодой человек распустил шелковые шнурки платья, поцеловал обнажившиеся плечики, спинку, грудь…

Прикрыв глаза, девушка томно улыбнулась:

– Ты меня раздеваешь?

– Да-а… да-а…

– А я не против… и…

Кто-то громко постучал.

– Прячься вон, за дверь, – шепнул Антон.

Принесший вино и яства слуга поклонился на пороге.

– Благодарю, любезнейший, – сунув парню полушку, поручик взял поднос и кувшин. Поставив все на стол, запер дверь на крючок… Скинув рубаху, заключил в объятия бросившуюся к нему девчонку, целуя… целуя… целуя…

– Ой! Что у тебя с рукой? Ты ранен?

– Ерунда… Ах, милая Верочка!

Шурша, упало на пол платье… нижняя сорочка… чулки…

Подхватив возлюбленную на руки, Антон бережно опустил ее на ложе:

– Господи! Как же долго я тебя искал!

– Это я тебя…

Они провалялись в кровати почти до самого вечера. В дверь уже пару раз постучался верный Парфен, и поручик отослал его к маркитантам, что-то там спросить…

– Ну… верно, таки придется одеться, – потянувшись, негромко рассмеялся Антон.

Вера улыбнулась:

– Пожалуй!

Встав, подошла к зеркалу. Юная нимфа с распущенными по плечам светло-русыми волосами… Русалка!

Обернулась, сверкнула глазищами:

– Я не слишком растолстела?

– Ты-ы?

– Ну… Знаешь, в Петербурге я работала парикмахером… По специальности, ага! Поначалу в салоне у некоего француза, месье Жерара. А потом и сама завела салон!

– Молодец! Кстати, я так и думал.

– Могла себе позволить много чего вкусненького… Ах, какие пирожные в кондитерской господина Текурова! На Ваське, на первой линии… Ах… Я потому и переживаю – вполне могла потолстеть.

– Могла… Да не в коня корм! Ты приплыла на бриге?

– Да, небольшой такой кораблик. Красивый и очень быстрый. Но чего мне стоило добраться сюда!

– Милая…

– Отстань! Давай-ка поедим. Подай вон сорочку… И расскажи, наконец, о себе! Как ты, как ты смог?.. Как все?..

– Ох, Верунь… Поверишь ли?

– Да я уж теперь во все что угодно поверю…

Ну да, ну да… Мог бы и не спрашивать!

Особенно не вдаваясь в подробности, Антон рассказал все: и о Щеголеве с его теориями и изобретением, и о том, как жил здесь какое-то время, и о турецкой шпионке.

– Шпионка?

– Та самая, что мешала нам со Щеголевым еще там… в будущем… – не выдержав, Антон похвалился: – А теперь она здесь, под стражей… Думаю, ее можно заставить помочь нам выбраться!

– Ты так доверяешь ей? – поставив опустевший бокал, резонно усомнилась Вера.