Loading...
Изменить размер шрифта - +
Крупная, рассудительная, неглупая, судя - по всему, женщина. Бесконечно преданная мужу. Вечно носится с его здоровьем, может, даже чересчур. А что, собственно говоря, у Тимоти со здоровьем? Энтуисл всегда подозревал, что тот просто-напросто симулянт из числа мнительных нытиков. Ричард Эбернети разделял это подозрение. "Правда, когда Тимоти был мальчишкой, у него была слабая грудь, - говорил он, - но будь я проклят, если поверю, что с ним не все в порядке сейчас". Впрочем, у каждого должно быть свое хобби. У Тимоти это свелось к помешательству на собственном здоровье. Попалась ли миссис Тимоти на эту удочку? Вероятно, нет, но ведь женщины ни за что в подобном не сознаются. Тимоти, должно быть, человек состоятельный, ведь он всегда был скуповат. Однако лишнее не помешает при теперешних-то налогах.
     Следующим объектом наблюдения стал для мистера Энтуисла Джордж Кроссфилд, сын Лауры. Р свое время Лаура вышла за сомнительного типа. Никто толком о нем ничего не знал. Сам он называл себя биржевым маклером. Молодой Джордж служит в юридической конторе, не очень-то респектабельной. Симпатичный на вид малый, но есть в нем что-то ненадежное. Джордж вряд ли хорошо обеспечен. Ведь в денежных делах его мать была полнейшей дурой. Когда она умерла пять лет назад, то после нее почти ничего не осталось.
     А эти две девушки, вернее, молодые женщины: кто из них кто? А, вот эта, что разглядывает восковые цветы на малахитовом столике, Розамунд, дочка Джеральдины Хорошенькая, даже красивая, правда, мордашка глуповата. Актриса и замужем за актером "Красивый парень этот Майкл Шейн. И знает, что красив, - подумал мистер Энтуисл, не жаловавший сцену как профессию. - Интересно, откуда он взялся и что собой представляет?"
     А вот дочь Гордона Сьюзен смотрелась бы на сцене гораздо лучше, чем Розамунд. В ней больше индивидуальности, пожалуй, даже многовато для повседневной жизни. Сьюзен стояла почти рядом, и мистер Энтуисл украдкой разглядывал ее. Темные волосы, карие с золотистым блеском глаза, привлекательный, но неулыбчивый рот. Рядом с ней муж, помощник аптекаря, насколько ему, Энтуислу, известно. Молодой человек с бледным незапоминающимся лицом и волосами песочного цвета. Явно чувствует себя не в своей тарелке. Мистер Энтуисл объяснил это тем, что Грегори Бэнкс ошеломлен таким наплывом жениных родственников.
     Последней под испытующий взгляд юриста попала Кора Ланскене. В этом была известная закономерность, ведь и в семье Кора оказалась последышем. Самая младшая из сестер Ричарда, она родилась, когда ее матери было уже под пятьдесят, и та не перенесла своей десятой беременности (трое детей умерли в детстве). Бедная маленькая Кора! Всю свою жизнь она доставляла хлопоты окружающим, особенно своей привычкой говорить вещи, которым лучше бы оставаться невысказанными. Все старшие братья и сестры были очень добры к Коре, маскируя ее недостатки и покрывая ее промахи в обществе. Как-то никому и в голову не приходило, что Кора выйдет замуж. Она не была особенно привлекательной девушкой, и ее довольно неуклюжие заигрывания с гостившими в доме молодыми людьми обычно заставляли тех поспешно ретироваться. Она брала в художественной школе благопристойные уроки акварельной живописи, но каким-то ветром ее занесло в класс живой натуры, где она и познакомилась с Пьером Ланскене, после чего явилась домой и объявила о своем намерении выйти за него замуж. Ричард Эбернети решительно воспротивился: увидев Пьера, он сразу заподозрил, что тот просто-напросто ищет жену с порядочным приданым. Тогда Кора сбежала с этим полуфранцузом - и хлоп! - обвенчалась с ним. Ланскене был отвратительным художником, и, с какой стороны ни взгляни, его никак нельзя было назвать особо порядочным человеком, но Кора по-прежнему души в нем не чаяла. Она так и не простила своим родным их отношения к нему. Впрочем, Ричард Эбернети все-таки назначил сестре щедрое содержание, на которое, по мнению Энтуисла, парочка, вероятнее всего, и жила.
Быстрый переход