Оба — и Пуришкевич, и Марков — активно использовали думскую трибуну для пропаганды своих взглядов и были постоянными фигурантами всевозможных скандалов, сильно оживлявших общественную жизнь.

Другой знаменитостью ультраправого лагеря был депутат В. Шульгин, к тому же выпускавший популярную газету «Киевлянин» (ее постоянным читателем был сам император).

Однако, как уже говорилось, в Думе, этом главном представительном институте Общества, несмотря на всю официальную поддержку, крайние монархисты находились в меньшинстве, составляя всего пятую часть депутатов.

Реальное влияние черносотенцев на общественные настроения было и того меньше — мешала репутация провластного, несамостоятельного движения.

Итак, со своей политической задачей ультраправые справлялись плохо. Но у экстремистов, находящихся на антидемократическом фланге, есть еще одна полезная для Власти функция: они могут пугать Общество своей неукротимостью, побуждая — конечно, не революционеров, но либералов — искать спасения у правительственных структур.

Охранка пробовала задействовать этот механизм. Одним из мотивов, по которым сотрудники Департамента полиции провоцировали погромные инциденты, было намерение устрашить интеллигенцию «народным гневом» — погромщики накидывались не только на евреев, но и на «шкубентов с аблакатами». Однако на разбушевавшуюся толпу находилась другая управа: возникали отряды еврейской самообороны, левые боевики нападали на черносотенные сборища. Никто не считал полицию единственной спасительницей — совсем наоборот. Даже в случаях, когда погромы происходили безо всяких провокаций и попустительств, левая пресса стандартно обвиняла в случившемся представителей власти.

Наиболее ярые члены «Союза русского народа» прибегали и к политическим убийствам, но это тоже давало обратный эффект. Во-первых, по размаху правый террор не шел ни в какое сравнение с левым. За всё время черносотенцы убили только трех заметных политиков из демократического лагеря: депутатов-кадетов М. Герценштейна и Г. Иоллоса (которые к тому же были евреями) и «трудовика» А. Караваева. Помимо самого факта убийств, всеобщее возмущение вызвали неуклюжие попытки полиции помешать расследованию.

Много шума наделала попытка покушения на графа Витте, которого черносотенцы — совершенно незаслуженно — считали отцом российского либерализма. В январе 1907 года в особняке бывшего премьера обнаружили заложенную в печь «адскую машину с часовым механизмом». Обвиняли в этом «союзников».

В роковой для монархии час, перед Февралем, когда она растеряла всех своих сторонников, растворилось и верноподданничество черносотенных вождей.

Пуришкевич убьет царского фаворита Распутина, Шульгин станет членом Временного комитета Государственной думы и поедет в ставку склонять Николая к капитуляции. Рядовые «союзники» попрячутся. Никакой помощи от своих полуказенных сторонников самодержавие не получит.

Пандемия

Главная причина

Вот уже целый век длится дискуссия, кто больше виноват в гибели российского государства — «самодержавники», революционеры или либералы? Безусловно, каждая из этих сил внесла свой вклад в случившееся, и всё же непосредственная причина была не внутренней, а внешней. Болела не только Россия, тяжело больна была вся цивилизация. Если б патологии ее развития не привели в 1914 году к всемирному кризису, Россия, вероятно, в конце концов справилась бы со своими эндемичными недугами.