- Ну, Ставр, - пробормотал я, разглядывая серые клубы, в которых чудились некие неясные тени. - Хотел бы я тебе это припомнить, да только не верится, что это развлечения у тебя такие.

   - Ты с кем разговариваешь? - раздался любопытный голос из-под кровати. - Помолиться решил? Или, никак, богов видишь? - хихикнул он.

   - Я вообще много чего вижу, - я вздохнул и принялся одеваться. День предстоял насыщенный и тяжёлый.

   Генрих сидел на любимом месте с тетрадкой, в которой что-то черкал.

   - А, привет, - улыбнулся он мне, жутко сияя в темноте зелёным пламенем глаз. - Ну, как?

   - Сегодня будем искать вход, - я пожал плечами и присел на лавку напротив лича.

   - Не получилось, - вздохнул он. - В общем, это было предсказуемо.

   - Да нет, наоборот, получилось, - я хмыкнул. - Ставр сказал, что туда влез какой-то человек, а поломанное смертным только смертный может исправить. Боги вмешиваться не имеют права.

   - Ставр? - переспросил доманец.

   - Наш бог огня. То есть, мой покровитель, - пояснил я. - Он всё-таки явился в мой сон. Рассказал много интересного. В кургане точно похоронен Каюш, только он не был богом. Был человеком чужой веры, который сумел у кого-то из своих богов украсть силы. Впрочем, не всё так плохо. Ставр уверен, что разбудить это существо у человека бы не получилось.

   - Ну, уже что-то. Надеюсь, ты возьмёшь меня с собой под землю? Страсть как интересно, - бесхитростно улыбнулся некромант.

   - Хочешь - пойдём. Только ты же не боец, а учёный.

   - Ну, учёный-то учёный, только, сам понимаешь, опыт никуда не денешь, - он ухмыльнулся донельзя злорадно. - Я убивать не люблю, возражаю против убийства женщин и детей, против издевательств над пленными, но это не значит, что я не умею сражаться.

   - Ладно, ладно, верю, - я поднял руки. - Пойдём вместе. Всё лучше, когда кто-то прикрывает спину. Да и веселее; не люблю я подземелья.

   - Тут я с тобой соглашусь, - вздохнул он. - Ну, давай позавтракаем, и пойдём.

   Нам очень не хотелось ломиться напрямик. Кто бы там ни лежал в этом кургане, ему вряд ли понравится, если гости посыплются на голову. Поэтому для начала было решено поискать обходные пути; ведь как-то же попал тот неудачник несколько сотен лет назад в чрево холма!

   В общем-то, поисками занимался Генрих; от меня в этом вопросе пользы было немного. И, несмотря на все наши сомнения, поиски увенчались успехом. Почти у самого подножия холма, под корнями чахлых берёз, обнаружилась искомая близкая полость.

   - Только как мы внутрь попадём? Надо было лопаты взять, - вздохнул Фельдштейн.

   - Ничего, без них как-нибудь. Копать у меня сейчас, честно говоря, настроения нет. Ткни пальцем, где эта дырка? Конечно, будь я земляком, было бы куда проще. Но справиться должен.

   Я опустился на колени возле предполагаемой дыры, упёрся в землю ладонями и навалился на них всем весом. Доманец наблюдал с искренним любопытством, но вопросов под руку не задавал; видимо, и сам не любил, когда его отвлекают от работы, и понимал, что окружающим это может быть не менее неприятно.

   Земля была сырая, поэтому поначалу дело шло тяжело. Но я поднажал, и почва под моими ладонями начала стремительно обугливаться. Чёрное пятно расползлось до полусажени в диаметре, и я решил, что этого довольно. Теперь оставалось только дорыться до полости.

   Я прикрыл глаза, сосредоточившись на контроле пламени. Земля высыхала, обугливалась, превращалась в золу, потом - в лёгкий серый пепел. Да уж, куда проще было бы, будь я земляком.