– Вы можете определить, сколько раз ее душили? – спросила Мэйси.

Доктор несколько раз повернул голову девушки и попросил вывести на экран изображение грудины.

– Три или четыре. – Все молчали, затем судмедэксперт продолжил: – Обратите внимание на тончайшие трещины на грудине. Преступник делал ей искусственное дыхание.

– В точности как у Тоби Тёрнер, – сказал Майкл.

– Повреждения костей у обеих жертв почти идентичны.

Мэйси побарабанила пальцами по бедру. Затем с шумом втянула в себя воздух, словно дышала за них обеих.

Доктор Сквибб поднял правую руку жертвы. Края ногтей были неровными.

– Где он ее держал? – Кроу обращалась скорее к самой себе.

Шарк-шарк-шарк.

Обрывки снов выползали из тени, и по телу пробежал неприятный холодок.

– Грязь на подошвах ее ног уже изучили? – спросила она.

– Мы отправили образец в лабораторию, – ответил судмедэксперт. – В приоритетном порядке.

Тем не менее исследование может занять несколько месяцев. Телевидение приучило публику, что результаты лабораторных анализов бывают готовы через несколько часов, в крайнем случае через несколько дней. В реальной жизни лаборатории завалены образцами ДНК и крови из бесчисленного количества уголовных дел.

Доктор Сквибб начал с внешнего осмотра, отметив, что Бет Уотсон весила сто шестьдесят фунтов при росте пять футов и девять дюймов. Небольшие синяки присутствовали на ребрах, коленях и лодыжках, а на запястьях и щиколотках были видны следы от веревки.

– Вы отправили ее кровь на анализ? – Судя по состоянию спальни, в которой не обнаружилось признаков борьбы, девушка, по всей видимости, была без сознания, когда убийца забрал ее из дома.

– Мы проводим стандартный токсикологический скрининг.

Сквибб также отметил, что на теле девушки нет следов от использования наркотиков и шрамов от старых травм или хирургических операций. У нее были четыре татуировки, самая большая из них – скачущая лошадь на правом плече.

Подняв правую руку Бет, Сквибб обнаружил две дугообразные отметины, напоминавшие следы от верхних и нижних зубов.

– Он ее укусил? – спросила Мэйси.

– Похоже.

– Вы можете определить, есть ли скол на одном из передних зубов?

– Вроде нет.

– Хотя зуб можно восстановить, – отметила Мэйси.

Ассистент сфотографировал следы укуса и поставил отметку на схеме человеческого тела.

Агент с трудом подавила вспышку гнева.

– Вы взяли с тела образцы волос, жидкостей или волокон?

– Мы нашли сперму, а также три волоска.

Сквибб взял скальпель и сделал надрез на груди справа, над молочной железой, затем симметричный слева и соединил их в форме буквы «V». Затем скальпель двинулся вниз, рассекая грудную клетку и живот – это был классический Y-образный разрез. Заключительный акт. Жестокий, но необходимый.

Следующий час Мэйси и Невада молча наблюдали, как судмед рассекает тонкий слой жира, отделявший кожу от костей. Щелкнули костные щипцы, и Сквибб извлек переднюю часть грудной клетки и отложил в сторону, открыв сердце, легкие и другие внутренние органы. В течение трех часов он исследовал и взвешивал их. И в конечном итоге пришел к выводу: жертва была абсолютно здоровой.

К тому времени как напарники покинули операционную, на плечи Кроу словно навалился тяжелый груз, напоминая, что ее обязанность – избавлять общество от преступников.

– Я так хочу поймать его, что аж зубы сводит, – сказала она.