– Я так хочу поймать его, что аж зубы сводит, – сказала она.

– Тебе придется занять очередь за мной.

Вернувшись к машине, Мэйси проверила телефон, увидела сообщение от Энди и позвонила ей.

– Что у тебя есть?

– Еще два совпадения. Женщина, подходящая под описание, которое ты мне дала, была задушена в пятнадцатом году, а еще одна – в семнадцатом.

– Где?

– В пятнадцатом убийство произошло в Чарльстоне, в Западной Вирджинии, а в семнадцатом – в Блуфилде, в Вирджинии, меньше чем в шестидесяти милях от Дип-Ран.

– ДНК нашли?

– Да, в обоих случаях. Но она было сильно повреждена. Тела обнаружили через несколько месяцев после исчезновения.

Сердце Мэйси забилось быстрее.

– Останки были захоронены?

– Нет. Обеих девушек выбросили на обочине дороги. В той части мира обочина не всегда плоская; это может быть обрыв на склоне горы.

– А что насчет красной веревки?

– Ею были связаны руки жертвы семнадцатого года.

– С кем из местных полицейских я могу связаться?

– С шерифом Уэйдом Таннером.

– У тебя есть его телефон?

Энди продиктовала номер.

– Кроме того, я нашла возможное совпадение в Восточном Мэриленде, но точнее смогу сказать позже. Данные, предоставленные местной полицией, неполные.

– В каком-нибудь из упомянутых тобой случаях на жертве были найдены следы зубов?

Голос Энди сменил шелест перебираемых бумаг.

– В Атланте у жертвы был отчетливый след от укуса на правом предплечье. Добавить в список?

– Да. Спасибо, Энди. Ты очень помогла. – Мэйси посмотрела на Неваду, чувствуя, как уменьшается тяжесть груза, который она почувствовала, выйдя из кабинета Рамси. – Слышал?

– Да.

Она вывела карту на экран телефона и нашла Блуфилд.

– Округ Мерсер граничит с Вирджинией. Отсюда до него меньше двух часов езды.

– Я знаком с шерифом Таннером. Семь или восемь лет назад Бюро расследовало дело в его юрисдикции. Давай я ему позвоню.

Шериф набрал номер Таннера, но Мэйси услышала лишь запись низкого, отрывистого голоса в голосовой почте. Майкл оставил сообщение.

Дело движется, но удастся ли поймать этого парня раньше, чем он убьет снова?

* * *

Голова пульсировала болью. Брук открыла глаза и попыталась сесть на грязном ковре, но боль пронзила все тело. Она лежала, стараясь успокоиться; ее сердце бешено колотилось.

Где она?

Сделав глубокий вдох, Брук заставила себя сесть и прислонилась к бетонной стене. Болело горло, и когда она поднесла руку к шее, то нащупала болезненные синяки и царапины.

Рука скользнула на пояс, и женщина поняла, что с нее сняли ремень с кобурой, ботинки и носки, а из волос вытащили заколки, так что пряди рассыпались по плечам.

Оглядывая маленькое помещение, она чувствовала скорее злость, чем страх. Какая же она дура… Услышала шаги за спиной, но среагировала недостаточно быстро.

Мысли вернулись обратно к Мэтту, спящему в своей постели. К злости на себя добавились тревога и страх. Одно дело – заплатить за свою беспечность, но теперь речь шла о ее сыне. На глаза навернулись слезы, но Брук заставила себя выбросить из головы эти мысли. Она ничем не поможет Мэтту, если будет сидеть здесь и плакать, как ребенок. Этот ублюдок так просто ее не возьмет.

Сжав зубы, она встала и принялась ощупывать стены, пока не наткнулась на дверную ручку. Но надежда угасла так же быстро, как и появилась, – дверь была заперта.

Кричать и стучать? Именно этого и ждет преступник.