—  Ты, Альбина, не обижайся, — примирительно ска­зал Капунькис, отступая с Бурунькисом к двери. — Но братец прав — оставайся. А мы разведаем, что к чему, потом вернемся и вместе решим, что делать.

Быстро оглядевшись, принцесса схватилась за ко­чергу у камина.

—  Рыцарей бить кочергой запрещено! — возмущен­но пискнул Бурунькис. Он хотел еще что-то добавить, но Капунькис вытолкнул его в дверь:

—  Когда она в гневе, с ней лучше не связываться!

—  Стража! — зазвенел полный ярости голос прин­цессы.

—  Бежим! — крикнул Капунькис, и братья-глюмы со всех ног припустили по коридору.

Глава II

У ГОЛОВЫ ХРУНГНИРА

Хранитель королевских сокровищ сидел у погасшего камина и, слепо щурясь в свете единственной за­жженной свечи, старательно выводил цифры в бух­галтерских книгах. Гном Эргрик экономил на всем — даже на каминном угле и свечах.

Семьсот восемьдесят девять помножить на двести восемьдесят шесть, — громко обратился он к кому-то невидимому.

— Двешти двадшать пять тыщь шештьшот пятьдешят шетыре, — меньше чем через минуту донесся из темноты голос.

Эргрик записал результат, снова спросил:

—  Пятьсот двенадцать, помноженное на двести во­семьдесят шесть?

—  Што шорок шешть тышячь шетырешта тридшать два, — ответил шепелявый голос. — Но пятыпот двенадшать — это неправильно. В прошлый раж было пятьшот шемнадцать.

—  Разве? — Гном перевернул несколько страниц книги, поводил пальцем по ровным строчкам и покачал головой. — Ты смотри — ошибка! Чуть было не наврал в учете. Это из-за темноты. Как думаешь, Уль, может, зажечь еще одну свечу? Хотя нет, не могу позволить по­добного расточительства: казна и без того пуста. Копишь, копишь деньги для королевства, а потом заявляется ве­ликан-проходимец и начинает проедать все накопленное. Яду бы обжоре подмешать, так ведь это тоже траты...

—  Яд етуна не вожмет, — сказал призрак Уля Берг­мана. — А вот шмаштерить ежа иж оштрых копий было бы неплохо. Он бы проглотил его и подавилшя.

—  На ежа уйдет много железа, а это тоже расхо­ды, — вздохнул гном. — Нынче времена беспокойные, и железо стоит дороже коров. Корова это что, из рогов меч не сделаешь.

— Кто-то бежит к вам, — сказал призрак. — По то­поту я шкажал бы, што ото глюмы.

В дверь забарабанили.

— Господин Эргрик! —  послышался голос Бурунькиса.—  Откройте скорее. У нас срочное дело.

— Утром приходите, сейчас я занят, — буркнул королевский казначей.

— Утром будет слишком поздно, — возразил Ка­пунькис. — Мы хотим, чтоб нам выдали наши доспехи, как обещал король.

— Не готовы еще, — ответил Эргрик. Недовольно морщись, он двинулся к двери. Кузнецы обещали не раньше чем через неделю.

Он открыл дверь.

— Вот вы, господа, требуете доспехи, а про то не ду­маете, что из железа, которое пойдет на них, можно из­готовить ежа, а потом подсунуть этого ежа великану...

—  С наших доспехов получится такой маленький ежик, что великан его даже не почувствует, — ответил Бурунькис.

—  С ваших — да, — согласился гном. — Но если бы все рыцари отказались от своих доспехов, то железа хватило бы.

—  Но как же тогда рыцари смогут защитить короля и принцессу? — удивился Капунькис. — Рыцарь без доспехов — все равно что крестьянин без сохи. И лично мы отказываться от своих доспехов не будем! Вы еще посоветуйте от мечей отказаться.