«Сэнди, они принесли свое радио?»

– Оно здесь, – заверила его Дженсен, похлопав по закрепленной у нее на поясе нейтринной пушке. – Они вас слышат там, на Земле. Я уверена, что НАСА передаст в «К-Спейс» все, что вы захотите сказать.

«Хорошо».

– Как? – вопросила она. – Как это случилось? Они… эти отростки – они на вас здесь напали?

Она умолкла, потому что он снова начал говорить через свой миниатюрный диктофон.

«Напали? Нет, конечно же. Я сам это решил».

– Не понимаю.

«Конечно, понимаешь. Вы ведь смотрели мои видео. Должны были видеть, что случилось с Тэрином. Слышали, что он говорил, когда был соединен с венами Объекта. Это не была невнятица: он чувствовал то же, что чувствует Объект, хотя и всего несколько секунд перед смертью. Мы с Сэнди убедились в этом с помощью ее эксперимента. После нескольких проб и ошибок мы со всем разобрались. Как выполнить свое задание. Нас отправили установить контакт с Объектом – и вот мы здесь. Я здесь».

Карта памяти выскочила из донышка диктофона. Чаннаронг вытащила ее и отбросила назад, в темноту. Рядом с Фостером лежала горка чистых карт. Она схватила новую и вставила в разъем.

– Вы разговариваете с 2I? Через отростки? – проговорила Дженсен.

Ей было необходимо все уточнить. Необходимо было ясно понять, что происходит.

«Я соединил свою нервную систему непосредственно с нервной системой Объекта. 2I. Точно. Вы ведь ее так называете».

Дженсен дотронулась до его руки. Она казалась сухой веткой, готовой переломиться от малейшего усилия. Рао позади нее пошевелилась, шагнула ближе и присела на корточки перед Фостером.

– Извините. Я – Парминдер Рао, судовой врач «Ориона». Сэр, меня очень тревожит ваше физическое состояние. Судя по вашему виду, у вас крайнее истощение. Вы выглядите так, словно не ели несколько месяцев. – Рао перевела взгляд на Чаннаронг. – Я полагаю, что это произошло уже после того, как вы покинули «Вандерер». Это так?

Чаннаронг молча кивнула.

«Она берет у меня. Я беру у нее. Не тревожьтесь. Я даже не голоден. Она дает мне то, что мне нужно. Она плохо разбирается в физиологии человека. Однако она учится. Она будет поддерживать во мне жизнь. Пока мы соединены».

– Послушай, мы можем освободить тебя от… от этих отростков, – пообещала Дженсен. – Можем вытащить отсюда. На «Орионе» места много, мы можем забрать вас с Чаннаронг домой. Обещаю, мы позаботимся, чтобы вы благополучно попали домой.

Он зашептал в свой диктофон, а потом нажал на воспроизведение.

«Нет, спасибо».

– Может, вы дезориентированы, – не сдавалась Дженсен. – Может, у вас помрачение сознания. Но мы обязаны освободить вас от этой штуки, обязаны…

– Дженсен!

Хокинс навис над ней. Она ощутила его присутствие у себя за спиной, но не стала оборачиваться.

– Дженсен, командую здесь я.

Обращаясь к Фостеру, бывший командир «Ориона-7» сказала:

– Я прошла большой путь, чтобы вас найти, и я вас здесь не оставлю. Чаннаронг, – обратилась она к ней, – помоги мне. Нам нужно снять с него эти штуки.

Чаннаронг уставилась на нее – молча и враждебно, словно кошка, моргающая в пятне света.