— А кто там убивал?

— Голод и жажда! Не смогли сыскать обратный путь. Задохнулись от непонятных газов. Их называли трупными. Но столько веков прошло! Короче, случалось, гибли и археологи. От удушья. Их смерти считали местью фараонов за беспокойство, причиненное живыми. Потому, свои стоянки определяли подальше от пирамид, чтоб не тревожить души. Ну, так-то и засиделись допоздна. А с нами был археолог из Польши, чудаковатый мужичонка. Он впервые приехал в Египет и ничерта не знал. Слушал всех, открыв рот. А перед тем, как лечь спать, решил опорожниться. И поперся к пирамиде. Мы в темноте и не увидели, куда его понесло. Мог бы в десятке шагов все свои дела сделать. Никто бы и не догадался. Но он был новичком среди нас, — рассмеялась Линда.

— Короче, слышим кто-то бежит к нашему костерку и орет нечеловечьим голосом. Мужики подскочили, включили фонарь, глядь, Тадеуш бежит, брюки и все прочее на коленях болтается, сам истерзанный, вонючий, морда перекошена, показывает на пирамиду, а толком объяснить ничего не может. Ну, идти к усыпальнице среди ночи желающих не нашлось. А Тадеуш до утра так и не уснул. Все звал к пирамиде. Но бесполезно. Только утром Тадеуш рассказал, что примостился он к пирамиде, нацелился на угол, чтоб мы не видели его. И только хотел свое черное дело сотворить, как поймали мужика за тот самый орган, да так, что небо с овчинку показалось. А главное, самого от пирамиды отшвырнули в песок и за жабры прихватили. Кто его поймал, не видит. В глазах темно, ни дышать, ни кричать не может, ни на помощь позвать. Кувыркается, пытается отбиться неведомо от кого, а ни хрена не видит и рукой достать не может. А тут его как назло приперло. Он не смог сдержать. Да как вывалило из него. Уж и не знаю, на кого он попал, но жизнь свою этим спас. От него отстали все сразу. Он мигом побежал к костру. Потому что слышал за своей спиной топот погони. Но не видел, кто бежал и хотел догнать. Ему показали на туалеты из брезента, какие установили сзади палаток. Тадеуш стал трусливым до неузнаваемости. Мы думали, что в пирамиде спрятались «черные археологи», но никого не встретили. А вот Тадеуш едва не погиб. Забрел в тупик, мы еле нашли его. И все говорил, что вела и звала за собою красивая девушка, в белой прозрачной накидке. Она привела в тупик и не велела из него уходить, обещала вернуться за ним. Ну, мы его с первым транспортом отправили в Польшу.

— Я ж тебя о смешном просила…

— Не умею рассказывать. Не дано, — вздохнула Линда грустно. Она уже приготовила салат и запеканку, поставила в духовку яблочный пирог и следила, как Анжелка перебирает и чистит орехи.

— Нам с Сашей предлагали горящие путевки в Египет. Туристические. Но мы отказались. Свои, русские проблемы заели. Куда уж за рубеж? Сашка квартиру купить хочет. Чтоб своя была к окончанию колледжа. И мы сразу пойдем в нее жить. А вы с отцом здесь вдвоем останетесь.

— Нет! Не уходи! Я не хочу одна оставаться! — выступили слезы на глазах Линды.

— А ты не бойся, подружишься с соседками. Они хорошие тетки! Лучше Эльзы! Вы полюбите друг друга. А кстати, Линда, вы так и не узнали, кто припутал Тадеуша возле пирамиды? — вспомнила Анжелка.

— Никого из живых! Видно душа кого-то из слуг фараона наказала мужика за оскверненье усыпальницы. Такое часто случалось в Египте. Кажется, все изучено, а до сих пор остается страной загадок.

— А сокровища Тутанхамона нашли?

— Нет, нам не повезло. Нам не отдал их фараон. Но поехали другие. Может, им повезет. Я предпочла свое сокровище — вас, мою семью. Это бесценное и только мое. Я устала копаться в чужих могилах и забирать для музеев и лабораторий то, что принадлежит мертвым.