— Поехали, — приказал глава СБ.

Машины двинулись. Михаил тут же переключил встроенный планшет машины, установив режим перевозки охраняемого объекта. Теперь, в случае нападения, остальные бойцы охраны получат экстренный сигнал. На взгляд Ивана, всё это было несколько излишним, но спорить об этом с Михаилом не имело смысла.

— Так что там случилось такого страшного, дядя Миша? — спросил парень.

Михаил обернулся и протянул руку.

— Телефон, — потребовал он по-русски.

Иван закатил глаза, отдавая девайс:

— И что дальше? Отберёшь игрушки и поставишь в угол? Или деньги на карманные расходы будешь давать, только если я почищу зубки и уберу с утра кроватку?

Безопасник подключил свой прибор, подавив встроенные в обычные гражданские модели телефонов шпионские функции.

— Когда ты начнёшь использовать выданный тебе аппарат? — в сотый раз спросил Михаил.

— Когда вы вставите в него камеру и по умолчанию установите приложение со всеми шлюхами Сеула.

Прибор в руках Михаила мигнул зелёным, показывая, что можно говорить спокойно.

— На наш корабль напали, — коротко объяснил безопасник.

Иван вздохнул:

— Вот только не надо произносить это с таким выражением, будто всерьёз ждёшь, что после этого я сразу стану пай мальчиком и проникнусь серьёзностью момента, — он пожал плечами. — На наши суда раз в год нападают. Издержки бизнеса.

Михаил покосился на Ваню и добавил:

— На то самое судно.

Но парень лишь прыснул в кулак.

— Чёрт, Миша. У тебя же серьёзная морда. Не произноси такую банальную клишированную херню с таким пафосным выражением лица. Звучишь, как злодей из боевика категории Б.

Безопасник покачал головой и упрямо продолжил:

— Нападение произошло три часа назад. Судно угнали, поисковый отряд работает, но вряд ли что-то найдёт. Корабль, должно быть, уже в каком-нибудь плавучем доке.

Иван хмыкнул. Ему не было безразлично, он знал, сколько людей находилось на корабле, и догадывается о наиболее вероятной их участи. Как минимум охране точно конец, а вот рабочий состав, всего скорее, жив. Люди переведены на положение рабов, если отказались сотрудничать. Но Иван на всё это повлиять никак не мог. Так чего убиваться?

— И что теперь? Я не знаю кодов безопасности, да и заложник из меня так себе, откровенно говоря, — возразил Иван.

— Дело не в этом. Мы скрываем информацию от Митсуя. Наш контракт с ними не под угрозой, но мне не нравятся их попытки сунуть свой длинный нос в любую щель.

Иван вздохнул и откинулся на спинку дивана.

— Okay! Сохранение тайны, я понял. Но зачем ты лишил меня такой ночи, а? Вы видели эту цыпочку, парни?

— Есть подозрение, что слил информацию кто-то из наших, — ответил Михаил. — Пока не закончим расследование — мы на осадном положении. Никаких лядей, перемещаешься только с охраной. И всегда сообщаешь мне, если собрался куда-то отправляешься. Не просто ставишь в известность, а получаешь у меня подтверждение, что твоё надо действительно надо. Если нет — никуда не едешь.

Закинув голову назад и трагично вздохнув, Иван ответил:

— Это бы звучало грозно, если бы ты не затевал всю эту движуху раз в год. Чур мне Шеня и Саймона! Единственные нормальные ребята. Вы, — Иван повернулся к сидевшему справа охраннику, — не обижайтесь только. На правду же не обижаются. Но с вами же в одной комнате находится невозможно.

— Они выполняют свою работу, — возразил Миша.

— Ага.