— Слушай, ну не доставай ты меня! — в сердцах сказала я. — И так у меня неприятности, да тут еще ты!

Катерина, уходя, сказала, что с Василием надо разговаривать, он все понимает, это брательник его приучил.

Не знаю, понял кот мои слова или нет, но пока я мыла посуду, колбаса исчезла. Потом снизу раздался звонок домофона, это приехал Петя. Он сказал, что сам поднимет все тяжести, но в квартиру ни за что не войдет, чтобы я вышла к лифту.

Петя оказался невысоким таким, шустрым мужичком в очках, с намечающейся лысиной. Он принес кучу больших пакетов с разным кормом, потом еще лоток, три миски (обед из трех блюд этому коту подавать, что ли, огромную, совершенно новую когтеточку, а также набор щеток и расчесок.

— Ты извини, — сказал он по-свойски, — не могу даже к двери подойти, сразу чихать начинаю от этого кота. Тебе, кстати, большое спасибо, что согласилась его взять, а то иначе с Катькой пришлось бы расставаться, а я не хочу. Она уже квартиру два раза пылесосила, а все равно шерсть повсюду летает.

Еще он сказал, что работает риелтором и если что нужно, то, чтобы я обращалась, он для меня расстарается.

Я мысленно вздохнула: вряд ли мне понадобятся услуги риелтора в ближайшие лет пятнадцать. Квартира мне, конечно, очень нужна, но денег нет.

Только мы простились, позвонила Катерина, удостоверилась, что все в порядке, и присовокупила, что кота надо вычесывать, только он не дается. Она сама пробовала, дело кончилось тремя царапинами, так что больше она и не пыталась.

Одним ловким движением когтистой лапы кот Василий разодрал пакет кошачьего корма и поедал теперь внушительную кучу с урчанием и чавканьем.

— Вот мало мне было забот, так еще ты! — с чувством сказала я, ушла в комнату и включила там телевизор, чтобы не видеть и не слышать этого безобразия.

И попала на криминальные новости.

И увидела что-то очень знакомое, а именно: гаражи и синюю «мазду» с открытым багажником. Кажется, трупа там уже не было, потому что «мазда» была огорожена лентой, сновали там какие-то люди в форме и в штатском, а также узнала я того мужика, который встретился мне, когда я уходила, чей был ближайший гараж.

Мужик был злой, потому что, как сообразила я, «мазда» перегородила ему вход. И теперь не получится убрать ее быстро.

Мужик сердито говорил что-то в микрофон ведущей, — очевидно, журналисты ему тоже уже надоели.

Губы его беззвучно шевелились, рукой он чертил в воздухе что-то похожее на женскую фигуру, и когда я додумалась включить звук, мужик уже исчез и голос ведущей за кадром говорил, что разыскивается молодая женщина, возможный свидетель происшествия, лет тридцати, выше среднего роста, одета в голубую куртку и джинсы, волосы светлые до плеч, глаза серые…

И вовсе они у меня не серые, а голубые… Я выключила телевизор и села на диван, обхватив себя руками за плечи, потому что внезапно меня затрясло, как при ознобе.

Что же вышло?

А вышло, что меня разыскивают по подозрению в убийстве. То есть мужик тот описал меня как мог. А что? Вертелась я возле «мазды»? Вертелась. Тут-то меня и заметил тот мужик. А потом увидел труп в багажнике, вызвал полицию и сдал им меня.

Ну, конечно, выяснили они, кто хозяйка машины, и та глазастая старушенция описала им Алену. И что? Алена, как я уже поняла, хитрая бестия, — небось подстраховалась, как с квартирой. Может, она «мазду» вообще по доверенности водила.

В общем, первое, что мне надо сделать, это выбросить голубую куртку. Ага, только непонятно, в чем вообще ходить, на что купить одежду. Ладно, об этом потом.

А второе, что надо сделать, — это отыскать Алену. Потому что если меня заметут, то не поверят, что я просто мимо «мазды» проходила, та же старуха расскажет, что я Алену искала.