В приоткрытую дверь заглянул один из ассистентов:

— Вас вызывает доктор Макдональд.

Патологоанатом в Оксфорде также трудился не покладая рук со вчерашнего дня. Профессиональные обязанности, способные внушить стороннему наблюдателю ужас и отвращение, поглощали доктора Макдональда целиком. Работа казалась ему увлекательнее, чем любой детектив. Не довольствуясь служебной деятельностью медика-эксперта, доктор неустанно расширял свои познания, посещал, в частности, закрытые лекционные курсы в Форт-Холстеде об изготовлении и обезвреживании мин. У прозекторского стола он желал действовать не вслепую, а осмысленно и целеустремленно.

Начал доктор Макдональд с пристального изучения фотографий. И только потом приступил к делу — единолично, не доверяя никому из ассистентов. Осторожно снял с убитого обувь, стянул носки, взрезал ножницами одежду. Все эти предметы, каждый в отдельной упаковке, к утру были переправлены в Фулем доктору Барнарду.

Далее было сделано несколько рентгенограмм. Вглядевшись в снимки, доктор Макдональд выявил в тканях наличие инородных частиц. Протерев тело с головы до ног особым тампоном, он удалил прилипшие к коже соринки, комочки грязи, крошки неясного происхождения. Все это также было отправлено доктору Барнарду.

Началось вскрытие. Ровным голосом с шотландским акцентом доктор Макдональд наговаривал свои наблюдения на диктофон. К утру он занялся препарированием пораженных тканей. Основная сила взрыва, разворотившего брюшную полость, пришлась на область таза и на нижний отдел позвоночника.

Причина смерти была совершенно очевидна, однако вскрытие преследовало и другие задачи. Отсеченные ткани вновь подверглись просвечиванию рентгеном, еще более тщательному. Иные частицы механическому извлечению не поддавались. Поэтому мышечные и костные ткани были подвергнуты вывариванию в специальном растворе, после чего с помощью центрифуги из полученной взвеси выделили оставшиеся металлические крупицы общим весом около унции.

Самую крупную из них доктор Макдональд поднес поближе к глазам: он уже видел этот осколок на снимке — застрявшим глубоко в позвонке. Он повертел его в руках, потом выразительно присвистнул и взялся за телефон.

— Рад тебя слышать, Иэн, — донесся из трубки голос доктора Барнарда. — Что-нибудь новенькое?

— Да. Тебе непременно надо взглянуть. Если не ошибаюсь, это и в самом деле что-то новенькое. Я вроде бы понимаю, что это такое, но поверить просто не в состоянии.

— Присылай без задержки. Буду ждать.

Спустя два часа разговор возобновился. На этот раз позвонил доктор Барнард:

— Если ты думаешь то же, что и я, ты, безусловно, прав.

Теперь Барнард обладал абсолютной уверенностью.

— Больше ведь этой штуке взяться неоткуда? — спросил Макдональд.

— Ну конечно! Ее можно достать только у изготовителя.

— Проклятье! — вырвалось у Макдональда.

— Лучше пока помалкивать, дружище, — отозвался Барнард. — Наш долг свершить — или умереть, не так ли? Докладывать министру я собираюсь утром. Когда ты рассчитываешь закончить?

Макдональд взглянул на циферблат. Уже тридцать шесть часов он за работой. Но отдыхать еще не время.

— Не спите, нет! Сон Барнардом убит, — спародировал он строку из «Макбета».