Хотелось, конечно, это все увеличить и раздуть.

Очень хотелось.

Хотя бы до миллиона «штыков». Однако Алексею хватало здравомыслия не пороть горячку. Надрывать экономику страны он не собирался. Он даже это войско считал некоторым перебором.

Это ведь — полевая армия.

А имелись в штате еще и гарнизоны, флот да малые формации по прочим регионам. Совокупно — 427 тысяч человек. И так — перебор. Ведь все эти люди — здоровые молодые мужчины — были изъяты из народного хозяйства. Россия с ее неполными 15 миллионами населения даже такую армию держала с трудом.

— Может спать пораньше ляжешь? — спросила Серафима.

Она частенько заходила к мужу по вечерам и, если он был занят, делала ему легкий, расслабляющий массаж шеи, плеч и головы. Не без некоторого умысла. Алексей прекрасно знал, что в такие моменты она подсматривала в документы, с которыми тот работал.

Без злого умысла.

Просто из любопытства.

И потом, если что-то замечала странное, на ее взгляд, затевала обсуждение. Небесполезные, как правило. Она не сильно разбиралась во всех этих делах, но свежий взгляд и достаточно непривычный угол зрения иной раз позволял высвечивать не вполне очевидные проблемы.

Вот и сейчас ее нежные руки аккуратно массировали его воротниковую зону, а любопытная мордочка чуть подалась вперед. Чтобы лучше видеть текст. Алексей специально поставил небольшое зеркальце в неприметном месте, чтобы отслеживать ее любопытство и мимику.

— А дела? — спросил царевич

— У тебя есть что-то срочное?

— Они все срочные.

— Но ты уже который час корпишь над бумагами. Не боишься упустить что-то важное? Столько деталей. Мне кажется, что они ими сыплют, чтобы тебя запутать.

— Дьявол кроется в мелочах. — улыбнулся Алексей. — Я не сильно на них обращаю внимание. Обычно. Голова-то у меня не казенная, чтобы все и за всеми перепроверять. Но выборочно — считаю и смотрю — как что сходится. А если что-то кажется странным или подозрительным именно эти детали и позволяют ухватиться за вероятную ошибку или того хуже — проказу какую.

— Очковтирательство?

— Ты запомнила? — улыбнулся царевич.

— Такое необычное слово? Конечно.

— Да… чиновники любят это. Им ведь главное — отчитаться, а дальше — трава не расти.

— Знакомо, — улыбнулась Серафима. — Моя тетя тоже жаловалась на то, что врут. Слишком много врут.

— Поэтому я от них и прошу конкретики. Деталей. Чтобы было сложнее врать.

— Все равно же врут, — произнесла жена, начав мягко массировать голову.

— Все равно. Такова жизнь… — развел руками Алексей вставая. Жена, была права, пора бы и отдохнуть. Действительно, стал перечитывать фрагменты документов, не с первого раза понимая написанное…

* * *

А в это время где-то в Венгрии проходило тихое и, казалось бы, совершенно неприметное собрание…

— Не нравится мне все это, — произнес хмурый мужчина с пышной растительностью на лице.

— Ситуация самая что ни на есть благоприятная.

— В последний раз мы тоже так думали.

— Габсбурги завязли в войне с османами. Теперь еще и полномасштабное восстание болгар с молдаванами и валахами. Говорят, что эллины тоже готовятся восстать.

— Кто говорит?

— Одна хорошо известная нам персона. С его слов он не так давно доставлял груз оружия. Принял в Гамбурге. Отгрузил в Афинах. Частным лицам.

— Интересно… — произнес третий собеседник.

— А не обернется ли для нас это бедой? — не унимался бородатый.