Хотя первые боги, возможно, получались из таких химер, которые просто по теории вероятности, случайно, могли получаться жизнеспособными.

«Может, и так. Но мой друг — „нормально“ стал», — эмоционировал Потап.

В общем, всё с развитием духов не просто, масса подводных камней, завязанных пусть на духовную метафизику, но всё же «физику» в определённом смысле. Часть — ни черта не понятно из-за скрытности Потапа, хотя понятно, что лично он — именно «не желает» становиться божеством, замерев на грани этого становления и не переходя её. Ну а Потапычи, как я и думал, затыкают «дыры», причём одного меня — вполне хватает…

«Хватает. Но медвежата нужны!» — сообщил топтыгин.

А вот с пучеглазом вышло… ну примерно так, как мы прикинули с Потапом. То есть он мои мудрые мысли снисходительно комментировал «может быть», как понятно, но всё же. У пучеглазого тотемного духа оказался один и только один владеющий. Причём «старый и помирает». И некий дефект духовного развития самого тотемного духа, не дающий завести новых владеющих-медиумов. «Жадность и глупость», припечатала медвежатина зверя, что, возможно, так и есть. По уму — нужно было дожидаться смерти владеющего, совершать некий «откат в развитии», заводить новый род медиумов и «развиваться правильно». Но, похоже, ни владеющий помирать не хотел, ни дух — регрессировать. Соответственно (тут уж я сам рассудил), этот казёл-владеющий вознамерился решить «духовный дефицит» и вопрос продления жизни за счёт… оберегаемых. Отсутствие слуг в особняке — похоже, следствие его первых экспериментов. А дальше он стал терроризировать свою деревню, сознательно создавая навов. Которые потихоньку откармливались и которых он, точнее, тотемный дух, неспешно собирался пожирать. В отличие от духа правильного, даже отожратая навь выходила не такой опасной пищей, как дух «правильный», ну и «ферма навов» давала возможность (теоретическую, как понятно) жрать неспешно и с минимумом последствий.

Подобная неспешная диета вполне могла как пучеглазого тотемного духа усилить (правда, не вылечить, как утверждал Потап), так и продлить жизнь владеющему.

При всём при этом, я полагаю, владеющий впал в маразм и прочий альцгеймер. Не потому что хотел жить и не потому что становился упырём во всех смыслах по отношению к оберегаемым. Желание не умирать понятно, ну а мораль и прочее — не всегда работающие вещи (если они есть), когда костлявая клацает костлявой пастью у самой задницы.

Идиотом этот владеющий был из-за места, где он решил проводить свои эксперименты. Ну ладно, слуг в особняке я ещё могу понять. Но вот использовать деревеньку как «ферму навья» — верх идиотизма. Она на дороге, и ну сожрут навы караван, ну два, сколько-то путников. Возможно — уже сожрали, кстати говоря, ценностей в сундуке побольше, чем должно быть у заштатного владеющего с мелкой деревенькой.

Но всё это — временно: жрецы Пантеона и службы корифея этим заинтересуются, и пучеглазого упыря так или иначе вскоре поймали бы. В общем — подставлялся по глупости, с закономерным итогом,

«Всё», — отэмоционировал Потап, начиная развеиваться и выпуская меня из своих призрачных недр.

Я, вывалившись из призрачной медвежатины, попытался отвесить исчезающей мохнатой заднице возмездного пенделя, но он был слишком «призрачен», исчезая.