Сид сидит у окна и листает журнал. На обложке — девица в коротком красном платье лежит изогнувшись на капоте «мустанга».

— Познакомьтесь, это доктор Джерард, — говорит доктор Джонстон.

— Всем привет! — говорит доктор Джерард, цепким взглядом окинув каждого из нас. — Ты, наверное, Скотти.

Говорит он едва слышно. Он протягивает Скотти руку, та протягивает ему свою, но доктор не трясет ее руку. Он слегка ее сжимает и накрывает второй рукой. Скотти хочет высвободиться, но доктор ее удерживает.

— А это Алекс, — говорит он, отпускает Скотти и подходит к Алекс.

— Привет. — Алекс горячо трясет его руку.

Мне доктор слегка кланяется. Из кармана у него торчит ручка, к которой привязан маленький резиновый осьминог. Заметив, что я разглядываю игрушку, доктор делает вид, что хочет швырнуть ее в меня, после чего бросает осьминога мне под ноги. Ударившись об пол, осьминожек начинает светиться.

— Вот он у меня какой, — говорит доктор.

Скотти нагибается и поднимает игрушку.

— Моя дурацкая игрушка, — добавляет доктор Джерард.

Скотти оттягивает щупальце осьминожка и отпускает. Щупальце «стреляет» обратно.

— Забавное существо, — говорит доктор. — Столько защитных механизмов! Разумеется, чернильный мешок. Уверен, вы знаете про чернильный мешок. Осьминог выпускает чернильное облако, когда ему нужно скрыться от хищника.

Доктор Джонстон стоит уставившись в пол. Сид бросает на нас взгляд поверх журнала, затем вновь опускает голову.

— Еще осьминоги умеют, скрываясь от хищника, менять свой цвет. Некоторые выделяют яд, другие принимают вид какой-нибудь более опасной твари, скажем угря. Наверное, я ношу его с собой, чтобы не забывать о защитных механизмах людей, — у нас тоже есть наш чернильный мешок, и яд, и способность к мимикрии.

Доктор пожимает плечами с таким видом, словно эта мысль только что пришла ему в голову.

— Сегодня здесь лекция про осьминогов? — интересуется Сид. — А кино покажут?

Я пытаюсь сдержать улыбку; я благодарен Сиду за то, что он с нами. На его лице — выражение скрытой гордости, и я знаю, что оно появилось из-за моей улыбки, из-за моего одобрения.

— Ты прав, — говорит доктор Джерард. — Что-то я разговорился. — Он прижимает руки к груди. — Видите ли, девочки, я пришел сюда познакомиться с вами. Я так много о вас слышал, что просто умираю от желания с вами поговорить, если вы не против.

— Что вы о нас слышали? — спрашивает Скотти.

Доктор подпирает щеку кулаком и продолжает говорить спокойным, обыкновенным голосом:

— Например, что ты любишь океан, музыку и что ты удивительная и талантливая девочка.

Скотти задумывается.

— А еще я слышал, что твоей маме стало хуже, что она умирает.

Девочки смотрят на меня, а я смотрю на доктора Джонстона. Все так, все правда, но мне не по себе от этих слов. Можно ли сформулировать точнее?

— Тебе, конечно, сейчас тяжело, — говорит доктор. — Вот я и пришел познакомиться с тобой и сказать, что, если ты захочешь со мной поговорить, я с большим удовольствием помогу тебе разобраться в настоящем, отбросив наши дурацкие защитные механизмы. Я хотел бы помочь тебе пережить это трудное время, хотел бы помочь тебе жить. Не просто жить дальше, а двигаться вперед.

— О’кей, — говорит доктор Джонстон. — Спасибо, доктор Джерард.

Скотти протягивает ему осьминога. Он вновь пожимает ей руку:

— Спасибо.