— А как же! — засмеялся толстый повар, сел напротив. Его маленькие, словно бы маслянистые глаза добродушно смотрели на меня, — да шучу я, господин Селихов! Я оплачу рамен сам!

Я неуклюже взял палки в каждую руку, осмотрел.

— А… нормальных приборов нету? — растерянно засмеялся я, — или это огромные зубочистки?

— Ахаха! Хорошая шутка, — засмеялся повар.

— Я вообще-то, не шутил, — улыбнулся я, — принеси, пожалуйста, мне человеческую вилку.

— Как хотите! — он позвал молодую официантку, та быстро юркнула на кухню, вернулась с ложкой и вилкой.

Суп, что повар назвал раменом, оказался очень густым и вкусным. Мои мышцы уже немного ныли оттого, что над ними работала Аврора. На силовые тренировки нет времени, а мышечная масса нужна. Супчик будет отличным топливом для восстановления. Я быстро с ним расправился.

— Ты удивил всех нас, — Нина подвинула стул, села немного ближе, чем это было необходимо, подперла голову ладонью, — что с тобой стало, Рома? Ты был всегда таким… робким.

— И трусоватым! — хохотнул повар.

— А двигался как? — улыбнулась девушка, — как заправский фехтовальщик! Никогда такого не видела! — ее глаза восторженно заблестели.

— Многое изменилось, я теперь глава рода, — серьезно посмотрел на Нину я.

Веселье и оживленность тут же кончились. Повар пошевелил пушистыми усами, опустил взгляд. Нина тоже потупилась.

— Соболезнуем, — буркнул повар.

— Моя душа, — девушка тронула мой локоть, — болит вместе с твоей.

— Спасибо, — серьезно сказал я, — но все, кого стоило оплакивать, уже оплаканы. Нужно жить дальше. А проблем много.

— Вот это вы кремень… — повар ошарашенно посмотрел на меня, — диву даюсь! — он изобразил руками взрыв над своей головой, — просто мозги наружу! Как за одну ночь вы изменились!

— Это правда, Рома, — девушка заглянула мне в глаза, — ты был нелюдимым, необщительным, забитым, а тут… Нет слов.

— Спасибо, — улыбнулся я, — иначе не выжить. Только есть одна проблема. После случившегося, когда я положил всех налетчиков, от шока память отшибло. Я забыл вас.

— Ты положил? В одиночку? — недоуменно взглянул на меня повар, — я читал газеты. Там пишут, что СМО “Зосимова” подоспели вовремя и уничтожили всех налетчиков. А их лидера арестовали.

— Да, — девушка серьезно кивнула, — я тоже видела это по телевизору. И в интернете.

Вот сукины дети! Со своей работой налажали, но пиарятся на смерти моего рода, как надо. Ублюдки.

— Это ложь, — спокойно сказал я, — они опоздали. Пришли, когда я со всеми расправился.

— Как ты умудрился? Что все это было? — повар изобразил руками стойку каратиста, — ты ведь никогда так не мог!

— Жить захочешь, — добродушно улыбнулся я, — и не так сможешь. Ну да не будем об этом. Лучше о моей памяти. Как тебя зовут, повар?

— Меня-то? — удивился усач, — я Марк Немов, из сервов. Давно работаю у отца. А что с памятью-то?

— Шок. Психологическая защитная реакция, — солгал я.

— А меня тоже забыл? — немного обиженно проговорила Нина.

— Угу. Только имя успел прочесть на бейдже.

— На имя ли смотрел а? — похабно улыбнулся Марк, намекая на полную грудь блондинки.

— Да ну тебя, Маркуша! — в притворном недовольстве сказала девушка, — я Нина Корнеева, из детей боярских. Отступница, — она показала тату на запястье, — работала у твоего отца управляющей.