Гуннульв резво спустился, бросил палки с лыжами и одним рывком поднял Эль на ноги. Она дрожала и выглядела, как кошка, которую насильно заставили купаться.

   - Почему ты постоянно падаешь? - вздохнул Гуннульв, снимая с нее куртку.

   - Потому что человеческое тело не рассчитано на крылья. Вот у меня вестибулярный аппарат и паршивый.

   - Ага, а еще нос длинный и любопытный. И шило в...

   - Зачем ты меня раздеваешь? - удивленно спросила Эль. - Думаешь, я волшебным образом согреюсь?

   Гуннульв не ответил. Он быстро сбросил с себя куртку и приказал:

   - Сложи крылья.

   - Как сложить? - не поняла Эль.

   - Вниз сложи.

   Девушка непонимающе на него глядела. Тогда Гуннульв осторожно опустил крылья вертикально. Элиана вздрогнула от прикосновения. Обычно ей было очень неприятно, когда трогали ее крылья, а сейчас по позвоночнику пробежала приятная дрожь, а лицо вспыхнуло от смущения. Она почувствовала себя очень хорошо, когда теплая куртка хоть как-то ее согрела.

   - Идем домой скорее, а то простынешь, - сказал Гуннульв, взяв ее за руку.

   И Эль была совсем не против этой вольности.

   А дома было хорошо, тепло и уютно. Не сразу, конечно, а как затрещали дрова в камине, и согрелся чай. Все-таки кататься на лыжах было плохой идеей. Не совсем еще зима вступила в свои права, а такая погода плоха тем, что всегда существует опасность заболеть по собственной глупости. Эль с удовольствием ела пирог, пила мятный чай и даже не думала о последствиях экстремального купания. Она изредка поглядывала на Гуннульв, который опять приклеился к книге, и грела ноги у него на коленях.

   Может, она ему действительно нравится? По-настоящему, как мечтала всегда, смотря на родителей?

   Догадка вспыхнула в мозгу внезапно и ошеломила.

   "Ксюхе мы на любовь гадали. Получается, мне тоже?"

   Могло ли превращение Гуннульв в человека быть вызвано не снятием проклятия, как они с Ксюшей предполагали, а произнесением совсем другого заклинания, направленного на...На что? На вызов подсказок судьбы?

   - Ты куда? - спросил Гуннульв, когда Эль слезла с дивана и поставила кружку на столик.

   - Наверх. Надо кое-что по учебе прочитать.

   - Ладно, ты ужинать будешь? Я разогрею.

   И действительно, приближалось время ужина, за окном уже стемнело.

   - Разогрей, - улыбнулась Эль. - Только немного, я пирога наелась.

   В спальне она выгребла все книги и начала искать то, чем могла воспользоваться, будучи пьяной. Как назло, по любовной магии почти ничего не было, даже в конспектах. Придумала она, что-ли это заклинание? Получалось, что так. И если с Гуннульв проклятие она еще могла снять, внезапно вспомнив что-то из научной работы, то уж с "запиранием" Ксюхиных чувств вообще ни одно колдовство не ассоциировалось. Нет, она определенно не будет больше пить!

   Ночью, когда Эль уже засыпала, перелопатив все имеющиеся в наличии книги, она вдруг вспомнила слова, неизвестно откуда пришедшие на ум:

   "Через ночь, через день, на любовь гадаю, парня призываю...".

   Дальше вроде бы еще что-то было. И она еще писала какие-то слова на листке бумаги, который красиво горел. И Ксюха напротив делала то же самое, шепча эти же слова. Так и не поняв, были это воспоминания той ночи, или просто сон, Элиана уснула.

   А в середине ночи, совершенно не к месту и не ко времени, разыгралась гроза.

***

   Он сел на кровать и улыбнулся. Как всегда, Эль спала обнаженной, пижаму с ее крыльями хоть и можно было подобрать, надевать каждый вечер не представлялось возможным.