Ее сердце взволнованно забилось. Рэйчел была уверена, что они снова будут вместе. И когда Хэнк окончательно доверится ей, она уговорит его признаться в измене и простит.

И еще у них будет ребенок, который смягчит его сердце, поможет ему забыть о прелестях Долли и понять, что он мог лишиться того, чего ему всегда так сильно не хватало, – семьи.

Ее любовь победит все. Такие, как Долли, победить не могут. Долли разлучила их только потому, что в их отношениях чего-то не хватало. Но теперь Рэйчел сможет склеить осколки их разбитой любви и создать жизнь, к которой они оба стремятся.

По ее лицу расплылась счастливая улыбка, и она полукокетливо, полувопросительно осмелилась посмотреть на него.

Да! Этого было достаточно, чтобы поставить его на колени! Смущенный и растерянный, он хотел вернуть любовь, которая когда-то была между ними. И она добьется этого ради их ребенка и ради своего счастья.

Хэнк жаждал испытать отцовскую любовь к своему ребенку. Но не меньше ему нужна и другая любовь, нежность к женщине, секс. Она даст ему это.

– Это очень разумная идея, – сказала Рэйчел, стараясь говорить сдержанно. – Как только я найду себе замену, я оставлю работу. Мы станем друзьями ради ребенка, и я сделаю все, что в моих силах.

Она встала, подошла к нему и поцеловала сначала в одну щеку, а потом в другую. Рэйчел чувствовала, как по всему телу Хэнка прокатилась дрожь.

Ради него я пройду сквозь огонь, думала она, когда они шли к машине. Я готова прожить без него шесть месяцев, если это необходимо для того, чтобы потом мы всегда были вместе.

Она знала – просто ощущала каждой клеточкой кожи, – что ему нестерпимо хочется схватить ее и поцеловать, и чувство радости и свободы птицей вырвалось из ее груди.

Со временем их жизнь наладится, и все будет чудесно. Нужно только набраться терпения. Скала свалилась с плеч Рэйчел: она поняла, что теперь не одна.

Она уверяла себя, что это продлится не слишком долго. В конце января, когда родится ребенок, она услышит шорох шин их «фордика», и Хэнк снова будет в ее постели.

Через две недели она нашла себе замену и оставила работу. Время потянулось медленнее. Кроме Рэйчел, в доме были только строители. Если бы не уверенность, что Хэнк вернется к ней, она легко могла бы впасть в депрессию, но она не позволяла себе поддаваться слабости.

Твердость характера, которая помогла ей после колледжа подняться до должности высокооплачиваемого администратора, оказалась теперь полезной. В ее сердце укрепилась надежда на примирение с Хэнком, и на меньшее Рэйчел, не рассчитывала.

Несмотря на то, что она умудрилась полюбить «Пинк Стоунз», научилась сама разжигать камин и игнорировать пауков, она ужасно скучала по Хэнку и с нетерпением ждала его звонков два раза в день, чтобы услышать его усталый, заботливый голос.

Когда телефон на столике зазвонил, Рэйчел поспешно отставила баночку с йогуртом и кинулась к трубке, как будто ловила редкую бабочку.

– Алло, да, это я, – взволнованно выдохнула она.

– Как твои дела? – участливо поинтересовался Хэнк.

Устроившись, поудобнее на диване, Рэйчел приготовилась к долгому, душевному разговору.

– Чудесно, – прошептала она.

– Ты не скучаешь по... работе? – запинаясь, спросил он.

Рэйчел улыбнулась, хорошо зная, что Хэнк хотел спросить «по мне».

– Нисколько, – отвечала она. – Как ни странно, но у меня такое чувство, будто я освободилась из тюрьмы. Теперь, я могу полностью сосредоточиться на ребенке и доме и уже прочитала несколько книжек, которые мне рекомендовал доктор.