Оглянувшись, он увидел начальника городского отдела милиции Хромова, который выходил из своей машины. Лобов остановился и направился в его сторону.

— Слушаю Вас, Геннадий Алексеевич.

Хромов окинул его с ног до головы пронзительным взглядом. Хромов чем-то напомнил ему армейского прапорщика, который так же смотрел на солдат во время утренней проверки.

— Нехорошо, Лобов, поступаешь, — произнёс Геннадий Алексеевич. — С законом решил поиграть?

— Извините, товарищ подполковник, что-то не понимаю я Вас. Может, поясните мне, в чём я нарушаю закон?

— Вот, магазин отобрал у Гиви Вахтанговича, рынок поджал под себя. Приехал на мясокомбинат, говорят, что колбасный цех тоже практически твой.

— А, вон Вы о чём? Что, заявления на меня есть?

— Пока нет, но могут появиться в любой момент.

— А вот когда появятся, тогда и будем говорить, товарищ подполковник, а сейчас, пока их нет, нам не о чем с Вами говорить. Я законов не нарушал и ни у кого и ничего силой не отбирал. Кое-что купил, кое-что мне подарили хорошие люди. Если бы Вы были с людьми ласковей, может, и вам кто-то что-то подарил бы. Я ведь не интересуюсь у Вас, на какие праведные деньги Вы строите себе коттедж. Мне это просто неинтересно.

— Слушай, Лобов, держи язык за зубами. Не забывай, с кем разговариваешь! Да я тебя в бараний рог согну.

— Если на основании закона, попробуйте. А так, по-бандитски, мы ещё посмотрим, кто кого! — ответил Лобов.

Он перешёл улицу и сел в свою машину.

— Фомич, — обратился к нему Батон, — что ему нужно было от тебя?

— Этот козёл хотел поджать меня под себя. Обещал согнуть меня в рог.

— Фомич, может, его подпалить немного, чтобы не дёргался. Он же человек, очко у него, наверное, не железное.

— Пока не стоит. Это он меня просто прощупывал, поплыву я или нет. Вот когда серьёзный наезд начнётся, там можно.

— Смотри, шеф, тебе видней. Я где-то слышал поговорку, что если воин ходит с обнажённым мечом, он его, как правило, в дело не пускает. Если держит всё время в ножнах, тоже не страшно.

— Это ты к чему? — поинтересовался у него Лобов.

— А к тому, что меч нужно хоть иногда вытаскивать из ножен, а то может заржаветь.

— По-моему, я тебе уже сказал, что сейчас это преждевременно. Нужно ждать, сколько, не знаю.

Они подъехали к офису. Около здания, греясь на весеннем солнце, стояли бригадиры во главе с Гараниным.

— Костя, зайди ко мне, — сказал Лобов, обращаясь к Гаранину. — Я освобожусь через десять минут.

Он прошёл мимо них к себе в кабинет.

Гаранин постучал в дверь и, услышав приглашение, вошёл в кабинет Лобова.

— Анатолий Фомич, вызывали?

— Слышишь, Костя, ты дурачка у меня не включай. Оставь эти шутки для ребят.

Лобов посмотрел на него исподлобья, что говорило о том, что он не намерен шутить.

— Насколько я знаю, у тебя неплохие прихваты в милиции. Мне нужны сведения по начальнику городского отдела Хромову. С кем пьёт, дружит. Короче, всё, любовницы, родственники, а если точнее, всю грязь. Срок небольшой, неделя. Денег не жалей.

— Всё понял, — ответил Гаранин. — Постараюсь накопать как можно больше.

— Вот ещё что, Гаранин. Сколько сейчас у нас штыков, я имею в виду, пацанов?

— Семь бригад, Фомич, а что?

— Вчера я встречался с Чёрным из Менделеевска, просится к нам со своими ребятами. У него человек около сорока. Занимаются в основном киосками. Встреться с ним, он парень неплохой, я его помню по школе.