— Прошли те времена, когда мы с уважением относились к вам, к тебе и твоему родственнику. Теперь всё поменялось местами. Нет больше твоего родственника, нет его! В земле он!

— Слушай, Мунир! Не рано ли ты начал примерять на себя авторитет моего родственника? Ты думаешь, что я не понимаю, зачем тебе это оружие? Да если бы я и знал, где он его хранит, я бы тебе всё равно не сказал об этом.

Сильный удар в лицо опрокинул Максима на спину. Он попытался подняться, но новый удар, гвоздодёром по руке, пригвоздил его к земле. Сделав ещё два удара по голове, Мунир швырнул гвоздодёр в сторону и негромко свистнул. Из-за угла соседнего дома показался Кашапов с двумя молодыми ребятами. Они подхватили тело Максима и волоком оттащили его с дороги.

— Ты что, Мунир, сделал? — испуганно спросил его один из парней. — Ты же убил его?

— А ты что хотел? Чтобы он убил меня и вас? — сказал Мингазов. — Лучше давайте отвезём его тело и утопим в реке. Пусть его съедят рыбы.

Они погрузили безжизненное тело Максима в кузов машины и повезли его к реке. Выбрав место, они сбросили труп Максима в полынью и поехали обратно в город.

Дела Лобова процветали. Совсем недавно ему удалось приобрести три квартиры в Менделеевске. Майор милиции Золотухин честно выполнял принятые на себя обязательства. Его доверенные люди каждый день обходили дома жителей города, выискивая среди них маргиналов.

Лобов старался не думать о тех несчастных, которых вывозили его люди и расселяли в заброшенные дома некогда богатых колхозов. Выданные им в качестве оплаты за их квартиры ящики с водкой быстро иссякали, заставляя этих людей побираться по близлежащим деревням.

Полученные квартиры Лобов перепродавал по явно завышенным ценам. Однако, несмотря на их цену, число желающих приобрести квартиры в городе не только не уменьшалось, но и ежемесячно росло. Среди жителей города стали распространяться чудовищные слухи о том, что люди Лобова безжалостно расправляются со стариками с целью завладения их квартирами. С целью проверки подобных слухов Лобов был приглашён в отдел милиции Менделеевска. Он приехал в милицию в сопровождении своего юриста Горохова и начальника службы безопасности Пуха. Лобов вышел из «Мерседеса» и в сопровождении Горохова прошёл в здание. Пройдя по тёмному коридору, он уткнулся в дверь кабинета, на которой висела табличка с фамилией. Постучав в дверь, Лобов вошёл в кабинет.

— Присаживайтесь, Анатолий Фомич, — предложил работник милиции. — Давайте знакомиться, меня зовут Сергей Аркадьевич. Я занимаюсь розыском лиц, пропавших без вести.

Лёгкая улыбка пробежала по лицу Лобова. Выбрав стул почище, он сел и, взглянув на сотрудника милиции, произнёс:

— Сергей Аркадьевич, вы что-то путаете, я не пропавший без вести, и Ваш вызов наверняка носит ошибочный характер.

— Вы шутите, Анатолий Фомич. Я Вас и не причислял к лицам, пропавшим без вести. Я хотел бы от Вас услышать, где эти несчастные люди, квартиры которых Вы приобрели в последнее время?

— Извините, — вмешался в разговор Горохов. — Я думаю, что подобный вопрос не совсем корректен в отношении моего клиента. Почему Вы считаете, что мой клиент должен отслеживать судьбу этих лиц, продавших ему свои квартиры? Все сделки с квартирами осуществлены на законных основаниях, а именно — одни продавали свои квартиры по доброй воле, а другие покупали их, также по доброй воле. Подобных сделок совершается ежедневно множество, и нигде милиция не интересуется судьбой бывших продавцов недвижимости. Разве это не так? Приглашая моего клиента к себе, Вы оторвали его от множества дел. Однако если Вы пошли на это, следовательно, Вы располагаете какими-то вескими основаниями.