— Если ты не возражаешь, конечно… — Он уселся на свободный стул и не смог удержаться, чтобы не добавить: — Но я должен сказать, что ты сама виновата.

— Ты всегда швыряешь женщин об стенку, когда они говорят, что ты им нравишься? — Ее голос был низким, немного хриплым, можно было бы сказать сексуальным, если бы она играла в кино или в театре. Вся же она казалась бледной и миниатюрной, в черном свитере под горлышко, узких джинсах и пиджачке из тонкой розовой замши. Не при параде она даже выглядела моложе. Он никак не мог взять в толк, как у него получилось применить силу к этому хрупкому созданию.

— Я, возможно, слегка старомоден.

— У меня здоровенный синяк. — Она хлопнула себя несколько демонстративно по заднице.

— Послушай, — сказал он и серьезно взглянул на нее, — я правда сожалею об этом.

— Ну хорошо.

Он сидел прямо напротив нее, спиной к бару и Энгу.

— Я работаю в полиции, — начал он снова.

— Ну тогда спасибо, я пошла. — Ответ прозвучал сразу, взгляд стал ледяным, и она отвернулась.

— Не волнуйся. Ты тут ни при чем.

— Ах вот как? — Ледяной взгляд растаял в насмешливой улыбке. — Ты думаешь, что хамарский полицейский может болтаться по городу неузнанным?

— Ну хорошо… — Опять он оказался в дураках, а ей удалось его подколоть. Слава Богу, что Энг не слышит. — Речь идет об одном человеке, который сюда захаживает.

— А какое это ко мне имеет отношение?

— Ты часто здесь бываешь?

— Случается.

— Помнишь мужчину, сидевшего в одиночестве у двери в четверг вечером? Похоже, довольно долго сидел. Такой красивый парень, лет тридцати, с длинными откинутыми назад волосами.

Она задумалась на минутку.

— Возможно.

— Так да или нет?

— А что с ним такое?

— Он замешан в одном деле, которое мы расследуем, а я собираю информацию.

— Он что-то нехорошее сделал?

— Пока не могу сказать.

— Он какой-то странный, да? Трудно раскусить.

— Так ты его знаешь?

— Да нет, не могу сказать, что знаю… — Она слегка улыбнулась. — Я хотела разобраться в нем. Он пригласил меня к себе домой. Не так давно. Пожалуй, не надо бы тебе об этом рассказывать. Во всяком случае, ничего хорошего из этого не вышло.

— Я вовсе не собираюсь копаться в твоей личной жизни.

— Ну хорошо, — ответила она, не скрывая иронии. — Я думала, что полицейские как раз не прочь там покопаться. Так мне показалось… — Ее взгляд прошелся по залу, где уже начали появляться посетители.

Валманн вспомнил, как он сидел здесь с коллегами в четверг вечером и мало чем отличался от остальных слегка сексуально возбужденных мужиков в баре.

— Могу ли я тебя чем-нибудь угостить? — спросил он и повернулся, ища глазами бармена. Заодно он отметил, что Энг по-прежнему сидит с равнодушным видом.

— Да нет, мне еще рановато.

Валманн заметил, что Энг прикончил свое пиво и собирается встать. Ему не очень хотелось, чтобы тот подошел к ним.

— Послушай, — сказал он. — То, что ты говоришь, может представлять для нас интерес. Может, ты согласишься пройти со мной в управление и дать показания? Здесь всего несколько шагов.

— Спасибо, я знаю, где полиция находится.

Валманн пропустил иронию мимо ушей.

— Ты потратишь не более получаса.