Пол ее поцеловал. Дважды. И она не только позволила, но и сама целовала его! Неужели она окончательно сошла с ума? Ошеломленная этим открытием, Эбби пыталась направить мысли в менее опасное русло, но они с упрямым постоянством снова и снова возвращались к поцелую.

Почему поцелуи Генри не вызывают в ней ничего подобного? Правда, Генри ни разу не целовал ее так, как Пол.

А почему? Потому что чувствует, что ее к нему не тянет? Или потому что его самого не тянет к ней?

Странно! Ведь она собирается выйти за Генри замуж. Ну конечно же их тянет друг к другу. Просто Генри как мужчина, искушенный в любовных делах, понимает, куда могут завести подобные поцелуи. И не хочет тревожить ее раньше времени.

А Пол? Он ведь тоже достаточно опытен. Тогда почему он ее так целует?

Интересно, как будет целовать ее Генри, когда они поженятся? А вдруг ей не понравится? А если так, как же она будет делить с ним постель?!

Эбби качнулась в кресле, не замечая, как у нее участилось дыхание. Она вспомнила статью о девственницах, вычитанную в женском журнале. Оказывается, они очень чувственные. Наверное, поцелуй Пола пробудил в ней чувственность.

В той же статье цитировался Овидий. Что-то вроде того, что непорочна та, на которую нет спроса. Но на нее-то спрос есть. И всегда был! Она испытала изрядную долю мужских поцелуев — слюнявых наскоков, оставивших после себя лишь отвращение и желание вымыть губы и прополоскать рот.

А после поцелуя Пола она чувствует томление и… голод! Да-да, ей хочется большего!

Глупости! Повышенная кислотность плюс богатое воображение, поставила диагноз Эбби.

Ей пришло в голову, что Пол давно уже обо всем забыл. Ну да! Ведь он повернулся и ушел так, будто ничего не случилось. А ничего и не случилось!

От этой мысли на Эбби напал приступ лихорадочной активности. Она вскочила и с остервенением принялась распаковывать коробки и пакеты со свадебными покупками, распихивать все по шкафам и полкам…

Ближе к вечеру ей почти удалось убедить себя, что ничего не случилось и что она все выдумала. Подумаешь, пару раз ее чмокнули! А она устала, перенервничала, особенно после общения с железобетонной леди Фэрфакс, и… и нуждалась в дружеском участии! Вот и приняла это самое участие за нечто другое.

Вечером Генри пошел в клуб, и Эбби свободно вздохнула. Хорошо, что сегодня собрание членов клуба! Генри так поглощен работой, что немного отвлечься ему не помешает. Да и у нее скопилась уйма дел…

Однако, поразмыслив, Эбби принялась за дела, далекие от подготовки к началу занятий в школе и приготовлениям к свадьбе. Собрала вырезки из газет, отложенные для женского приюта, и рассортировала по темам. Выстирала одежду, которую намеревалась отвезти в дом престарелых, отобрала книги для букинистического магазина.

Пересмотрела припасы косметики и парфюмерии — она собирала все это для женского приюта, — записала на листок, что еще купить, и добавила кое-что из собственного арсенала. Потом приняла душ и легла в постель. Было еще довольно рано, но выключать свет Эбби не стала. Вдруг Генри надумает заглянуть к ней после собрания в клубе?

Словно выполняя долг, припомнила все положительные качества Генри, перебрала все доброе, что он ей сделал, и начала засыпать. Дай Бог, чтобы Пол ей не приснился хотя бы сегодня!

Но он конечно же приснился. Потом Пол куда-то исчез, и муть неприятных воспоминаний начала обретать форму. Даже во сне ее сознание пыталось их подавить, но увы! Словно наяву она вновь почувствовала едкий запах горелой травы, услышала смех, музыку и невнятный мужской голос. И вновь ощутила вкрадчивое прикосновение чужой руки к низу живота…

Повернувшись на живот, Эбби, несмотря на июльскую жару, натянула на голову простыню.