Император теперь я.

И лишь крохотный осколок меня прошлого тускло светился где-то на границе сознания. Из последних сил я потянулся к нему, ища защиты от бесконечной тяжести свалившихся на меня знаний.

Романовский знал, что умирает, и воспользовался последним шансом, выбрав меня в качестве нового тела.

Что-то во мне продолжало сопротивляться этой странной магии. Все это было неправильно! Не вовремя!

«Время!» — молнией сверкнуло в голове.

Зацепившись за эту мысль, я начал пробиваться сквозь толщу чужой памяти. Но образы не собирались так просто отпускать меня. Я четко ощущал, как они тянут меня назад, цепляясь за душу острыми крючками.

Я должен справиться!

Само время подвластно мне!

Невыносимо долго я барахтался, обрывая нити императорского заклинания. Злился, смеялся, а потом и вовсе перестал чувствовать.

Чернота окружила меня, жаждала сожрать, морочила мне голову, но я нашел под ногами опору.

Магию.

По мельчайшим золотым крупинкам я собирал себя заново, по кирпичику отстраивая свое собственное я.

Боролся отчаянно, как в последний раз.

И у меня получилось. Чужие воспоминания стали блекнуть, расслаиваться, смешиваться друг с другом, и в итоге распадались на фрагменты.

Ведь я не император и не должен им быть.

Постепенно чернота уходила, и перед глазами стала проявляться очертания бального зала и перекошенные лица гостей.

— Он его убил, — еще пока сквозь вату, но я уже смог услышать выкрики.

— Нападение!

— Схватить магов!

— Святые наместники!

Над телом императора — я знал, что он умер — навис Левков. По его лицу было видно, что он все еще пытается вернуть его к жизни.

Покачнувшись, я поднялся и отстранил его.

— Как вы? — тревожно спросил Святослав побелевшими губами.

«Он выжег себя» — машинально пронеслось в голове.

Тронув Свята за плечо, я в одно мгновение восстановил его. Он обалдело посмотрел на меня и все равно развел руками: императора он так и не смог спасти.

Но это за него сделаю я.

Сомкнув пальцы на посохе, я выпрямился и на выдохе собрал всю силу, которая у меня осталась, и влил ее в сферы.

Око вспыхнули так ярко, что их стало видно под слоем дерева, вмиг ставшим горячим.

«Пора!»

Заклинание полыхнуло на весь зал, мигом остановив все, что в нем происходило. Фигуры гостей бликанули золотом и размазались.

Время сначала замедлилось, а потом рвануло назад. С момента, как на меня подействовала сила императора, прошло не больше трех минут. Трех очень ценных минут.

Я смотрел, как люди начинают двигаться в обратном порядке, как испуг сменяется удивлением, как поднимаются из обмороков дамы.

Следом мой силуэт отошел от Романовского, мое заклинание вернулось в посох, а неизвестный мне маг опустил жезл.

Гаврилов и император снова улыбались и пожимали друг другу руки.

На этом перемотку времени я остановил и сразу же сделал шаг в ту сторону, откуда появился неизвестный.

Он уже выходил из-за колонны.

— Замри! — мрачно сказал я и заморозил его.

Теперь можно хорошенько его рассмотреть.

Пока зал рукоплескал императору и воднику, я стоял перед застывшей фигурой и пытался понять, кто это.

Какие-то невыразительные черты лица, блеклые глаза, восковая кожа, а мантия и вовсе была с чужого плеча.

Ко мне сквозь толпу начали подтягиваться маги и офицеры.

— Что тут происходит? — с подозрением спросил начальник стражи.