— Придется быть предельно внимательными, — согласился я с доводами Чернышова. — Я думаю, что на сам суд вас не пригласят, только меня. Поэтому ждать можно чего угодно. Не исключено и банальное провоцирование конфликта. К примеру, вызов на дуэль по ерунде.

Я сам не представлял, как нас примут маги. Будем ли мы там врагами, неведомыми зверушками или желанными гостями. Это незнание раздражало и не давало нормально выстроить хотя бы примерный план действий.

Так что мы продолжали ехать сквозь ночь, наслаждаясь ароматами леса и разглядывая звезды над головой.

Глядя на них, в груди колыхнулась тоска. Казалось, что мои путешествия на другие планеты были в далеком прошлом. У меня даже порой не хватает времени, чтобы думать об этом. Но сейчас, глядя на крохотные сверкающие точки на черном небе, я вспомнил.

В голове пронеслись все события после моего появления здесь. И я улыбнулся. Здесь мне определенно нравилось.

За окном я увидел Голубева, который уже давно прекратил ровнять дорогу и уже просто покачивался в седле. Глаза у него были прикрыты, видимо, дремал вполглаза.

— О чем задумались, Владимир Иванович? — тихо спросил Григорий.

Остальные после еды затихли и вовсю посапывали.

— Не поверишь, о звездах, — с улыбкой ответил я. — Смотрю на них и думаю, есть ли там жизнь?

— Этого нам никогда не узнать, — философски заметил он и тоже посмотрел в окно. — Меня вот беспокоит то, что нас ждет в городе магов.

— Пока рано об этом думать, да и накручивать себя лишний раз не нужно. В любом случае мы там чужаки. Не знаем правил приличия, законов, их привычек. Считай, мы в другую страну едем.

— Да, это интересно, но в тоже немного страшно.

— Понимаю тебя. Ты все же, постарайся поспать, а я поделюсь пока едой с остальными.

Григорий кивнул и прислонился к мягкой стенке кареты. Сейчас, когда нас почти не трясло, ехать стало намного комфортнее.

Я вылез из окна кареты, передал корзину с едой Гаврилову и указал на едущих рядом всадников. Он без слов понял мою просьбу.

Следующие полчаса проводники перекусывали на ходу, а заодно накормили охранников Соколова. Жаль, только у нас совсем не осталось воды.

Но и тут на помощь пришла магия. Гаврилов собрал из воздуха влагу и наполнил бутылки. Я сначала с подозрением помотрел на прозрачное содержимое, но сидящий рядом с водником Левков заверил, что вода чистая и пригодна для питья.

Мне пришло в голову, что в такой компании магов можно хоть на край света отправляться. В любой ситуации сможем выкрутиться.

Закончив со всеми делами, я решил последовать примеру ребят и закрыл глаза. День выдался очень долгий, и хотелось хоть немного поспать.

* * *

В какой-то момент внутри головы что-то звякнуло, и я резко распахнул глаза. Остальные тоже проснулись одновременно со мной и удивленно оглядывались.

Что-то изменилось. Воздух стал тяжелее, и теперь с трудом проходил в легкие. Сердце тревожно забилось, а по нервам резануло чувством опасности. Остальные ощущали себя примерно так же. Коровин растирал ладони, Дмитрий открывал и закрывал рот, а Григорий не смог удержать свою ауру.

Я выглянул в окно и вопросительно глянул на Котова.

Тот поравнялся с каретой и крикнул нам, что мы въезжаем в пограничную зону.

— Дальше будет сложнее, — продолжил он. — Не выходите из кареты, дышите медленно и постарайтесь, чтобы вас не укачало.

— Мы можем как-нибудь помочь всему этому?

— Разве что поделитесь силой, — он скупо улыбнулся, холодно взглянув на меня. — Но, сами понимаете, этого никто не может сделать.

В ответ я вытащил медальон, обернул его в носовой платок, чтобы проводник не понял, что это за вещь, и бросил Котову.