Георгий Иванович покачал головой.

— Нет, построено лишь два этажа из пяти да подвал. И возведена только центральная часть без боковых крыльев.

— Вот эта! — обвёл Пономарь отмеченный на схеме красной линией периметр. — Остальное изучите по планам.

Я хмыкнул и пригляделся к схеме, попытался сообразить, совпадает ли она со зданием управления политического сыска, но ни к какому выводу на сей счёт не пришёл. Архитектура и черчение никогда не были моими сильными сторонами.

В итоге весь занявший чуть более часа перелёт мы изучали поэтажные планы и обговаривали порядок действий. Всё это время Иван и Алик поглядывали на меня искоса, явно сомневаясь, получится ли у них погасить кинетическую энергию при прыжке с полукилометровой высоты.

— Прыгнем все разом и будем держаться вместе, — успокоил я подчинённых. — Глеб займётся светомаскировкой, я стану гасить энергетические искажения, но вы и сами не филоньте. Приземление на мне, главное не дёргайтесь. Ясно?

Парни откровенно обрадовались, Унтер кивнул и ответил за всех:

— Сделаем.

Впрочем, приподнятое настроение у всех разом как рукой сняло, стоило только нам очутиться перед открытым люком. До земли — лететь и лететь, прореха среди тайги не так и велика, а крыша с совсем уж крохотными фигурками людей, сверкавшими линзами биноклей, и того меньше. Промахнуться мимо — как нечего делать, вся надежда на то, что летуны рассчитали всё верно и ветер не переменит ни силы, ни направления.

Ладно хоть ещё учения решили проводить вне зоны активного излучения Эпицентра. Возможность удерживать набранный потенциал всё существенно упрощала.

— Пошли! — скомандовал Пономарь, и мы, ухватив друг друга за лямки, цепочкой вывалились в люк и понеслись вниз. Немного побарахтались и образовали кольцо — головы внутрь, ноги наружу. Летим!

Я предельно чётко ощущал производимые Глебом помехи, а вот остальных поправлять не возникло нужды, поэтому взялся нивелировать возмущения, создаваемые искажающей солнечные лучи конструкцией. И всё шло очень даже неплохо, пока на высоте в сотню метров мы на всей скорости не влетели в накрывавшую здание сигнальную структуру.

Какого чёрта⁈

Одна структура, вторая, третья… Крыша стремительно приближалась, наблюдатели побежали на другой её край, я ощутил, как напряглась рука Алика и следом сбилась его маскировочная техника, но отреагировать на это уже никак не успел, и погасил кинетическую энергию нашей сцепки. Миг — и уже стоим кружком на крыше, будто спрыгнули с полуметровой высоты. А пара шагов в сторону, и всё — промахнулись бы мимо цели. Повезло.

Замешательство не продлилось долго — мы тут же присели и огляделись, быстро сориентировались и перебежали к вентиляционному колодцу. Противогазы, верёвки, дымовые шашки, детонаторы, провода — и вот уже я нырнул в узкий тёмный зев, начал спускаться и размещать заряды во всех нужных местах.

В первый раз наверху решили оставить Глеба, остальные по моей команде спустились в подвал, благо выломать решётку и выбраться из вентиляционного колодца не составило никакого труда. Я даже подрывную машинку к проводам подсоединять не стал — сгенерировал электрический заряд самостоятельно.

Негромко хлопнуло, миг ничего не происходило, а потом клубы дыма начали опускаться вниз. Глеб не сплоховал и опрокинул воздушный поток.

Дело сделано!

Но — нет. Выполнение задания нам не зачли. Не только десантной группе, но и аналитикам. Они мало того что не уследили за тенью дирижабля, так ещё и уровень помех оказался недопустимо высок. У нас — тоже. И Алик в самый последний момент напортачил, и я не слишком чисто при нейтрализации кинетической энергии сработал. Да и Глеб чуток оплошал со светомаскировкой, и кто-то из наблюдателей углядел нашу сцепку в бинокль.

— По легенде вы действуете в густонаселённом городе, а мало ли кто там некстати в небо посмотрит? — развёл руками капитан Пономарь.