Неширокая мутная речушка несла свои воды на север, на соединение с Большой Лабой. Хмурые небеса посылали вниз редкие снежинки и дождевую влагу. Тихо. Никаких посторонних звуков. Только журчание реки и шум падающих на ветки деревьев капель. На душе спокойно и, присев на широкое бревно, я закурил, затянулся и посмотрел на Серого, который расположился рядом. Парень нервничал и разминал пальцы рук. Он хотел высказаться, но не решался, и я его поторопил:

— Серый, скажи, что хотел. Не держи на душе камень. Я же вижу, что тебе надо с кем-то поговорить.

Ревякин помедлил и сказал:

— Егор, так сложилось, что из-за меня про отряд знает посторонний человек.

— Кто-то из твоих близких?

— Да. Так получилось…

— И кто это?

— Батя мой.

"Надо же, — отметил я. — Не приемный отец, а именно батя. Значит, Добряков парня к себе крепко привязал. Впрочем, это неудивительно. Простаки ворами в законе не становятся. Для того чтобы держать под контролем матерых уголовников надо иметь твердый характер, голову на плечах и знать хотя бы основы психологии. Иначе никак".

— И что твой батя, он нам враг?

— Нет, — парень покачал головой и добавил: — Но и не друг. Скорее, сочувствующий.

— Много он о нас знает?

— Не особо. Я ему про похищенное оружие рассказал, про огневой налет на поселок, про состав отряда. Хотелось, чтобы он стал воспринимать меня всерьез, как человека, который способен принимать самостоятельные решения и который не один в этом мире. Вот меня и понесло.

— И что дальше?

— Не знаю. Батя человек непростой и со связями, и когда мы виделись в Москве, он сказал, что хотел бы встретиться с руководителями организации. С реальными вожаками.

— А мы, значит, Лопарев, Гоман и я, ему не подходим? — я улыбнулся.

— Так он сказал.

— Ага. Ну и кто же твой батя, что такие условия выдвигает?

Серега набрал в грудь воздуха и выдохнул:

— Вор в законе Леша Козырь.

Какой реакции от меня ожидал парень? Наверное, как минимум, удивления. Но я сохранил спокойствие, и спросил его:

— У тебя номер его телефона есть?

— Конечно. Но связи нет.

— Выйдем к людям, связь появится. Позвонишь ему и скажешь, что если он хочет встретиться с реальным вождем, то я договорюсь.

Парень покосился на меня и сказал:

— Я думал, что разговор тяжелый будет, а все получилось как-то легко.

— Хм! — я усмехнулся. — Все нормально, Серый. Люди, которые за нами стоят, давно тебя и Козыря просчитали. И если бы они дали мне команду, то ты отсюда, — я кивнул на лес за спиной, — не вышел. Правильно сделал, что сам все рассказал.

— А как же…

— Замяли базар, — оборвал я его. — Ты человек правильный и этого достаточно. Пойдем к костру…

На следующий день, усталые и счастливые, мы вышли в Андрюки и на двух машинах отправились в краевую столицу, где я принял доклады соратников.

В Москве все шло своим чередом. Нас искали, но толку с этого пока не было. В Краснодарском крае тоже без неожиданностей. Парни промчались вдоль Черного моря и нанесли на карты около трехсот объектов, по которым в будущем мы могли нанести удары. Для них это тренировка, добыча информации, а от Гнея я узнал, что за нами хвост, который следует за бойцами от самой Москвы.