– Соседка Ирина Соколова заехала как-то ночью на ее клумбу. Помяла петуньи, гладиолусы и что-то там еще, – раздраженно поморщилась Валя. – Не суть!

– Петуньи? – глянул на нее Илья исподлобья. И мотнул головой. – Горохова, ты… Ты просто…

Он выбрался из-за стола и нервным шагом добрался до двери. Если он не выйдет, он наговорит ей кучу гадостей. И заставит написать рапорт об увольнении. И прикажет на пушечный выстрел к отделу не подходить.

Он что, полковнику о петуньях должен докладывать на вечернем совещании?! Его не то что высмеют, его с работы выпрут. И будут правы!

Поторопился! Видит бог, он поспешил, взяв эту легкомысленную девчонку в свой отдел. Надеялся на помощь.

Петуньи, мать его…

– Товарищ майор, это еще не все! – излишне громко крикнула она ему в спину, когда он уже за дверную ручку взялся. – Ирина Соколова наехала на ее клумбу, когда выезжала из своих ворот поздней ночью.

– Это что-то меняет? – притормозил он.

– После того, как долго и с упоением ругалась со своим отцом.

– И что?

– Потом раздался хлопок, похожий на выстрел. Так рассказывала Мария Степановна своему сыну. Так было записано в ее тетради. Но та сгорела в пожаре.

– Выстрел? Серьезно? – недоверчиво глянул на нее Илья. – Хочешь сказать, что Ирина застрелила своего отца?

– Его никто больше не видел после той ночи. Никто из соседей. Никто в поселке. И автомобиля его никто не видел. А именно его машина наехала на клумбу Марии Степановны. А за рулем сидела Ирина. Это соседка точно видела, потому что ей не спалось, и она гуляла по своему двору. Не находите это странным, товарищ майор? – От волнения она даже окончания принялась проглатывать. – Скандал, звук, похожий на выстрел. Следом Ирина на машине отца. Его больше никто не видел. Более того, за пару дней до этого происшествия вдруг повесились ее мать с бабкой. Это вообще норма, да?

Илья с тяжелым вздохом вернулся за свой стол, потом снова выбрался и подошел к доске с пришпиленными к ней фотографиями фигурантов. Оттащил за магнитик фото Ирины Соколовой далеко в сторону. Ткнул в фото пальцем.

– Мне все это понятно. В смысле, ход твоих мыслей. Мне непонятно, как ты будешь все это доказывать? Слова погибшей женщины с утраченной памятью…

– Я говорила с экспертом. Он уверяет, что причина ее смерти может крыться в неудачном падении на лестнице. Но!.. – Валя в два широких шага оказалась с ним рядом у доски. – Но так же, с его слов, ей могли просто сломать шею и аккуратно пристроить на ступеньках. Как нельзя быть не уверенным в первом, так нельзя отрицать и второе. Это его слова. Но! Совершенно точно на момент пожара она уже была мертва. В легких нет дыма.

– Это все понятно. Мне непонятно, каким боком Ирина Соколова к нашим делам? Убийство Илюхиной, Ляпова?

– Я думаю, что это звенья одной цепи, товарищ майор, – смешно наморщила она носик и громко чихнула.

– Будь здорова! – в один голос пожелали они ей.

– Я тут просила своих бывших коллег поднять документы с осмотра места происшествия матери и дочери Дымовых. И заключение эксперта. И попросила все это мне переслать. Они вот и прислали. Вчера вечером. А сегодня утром я была у эксперта. И он…

Последовала пауза, в течение которой она старательно пыталась скрыть свое волнение. Или это была пауза перед триумфальным выходом? Черт его знает, что у этой девчонки в голове!

– И он нашел сходство в манере завязывания узла, – выпалила она, сияя взглядом. – Он практически идентичен в случае гибели Дымовых и Илюхиной, а также Ляпова.