— Я? — Синицын внезапно смутился. — Да, собственно… ничего такого. Только научную часть и возможности её применения в медицине.

— Какие возможности?

— Типа, увеличение жизни и всё такое. У меня это и в обосновании гранта было написано… ну, того, по которому мне в Курчатнике финансирование открывали.

— То есть, это были официальные публичные данные? — уточнил Смирнов.

— Ну да. Они самые. Их даже в «Роснано» публиковали, полгода назад, в дайджесте для пакетных инвесторов.

— Ладно. Я понял.

«Фээсбэшник» кивнул.

Доктор наук облегчённо выдохнул.

— Первый вариант мы не будем подписывать в любом случае, — продолжил Михаил Дмитриевич. — Хотя он, конечно, выгодный. Ничего возвращать не надо, надо лишь поделиться подробным описанием установки, условиями эксперимента, полученными результатами и разрешить их «некоммерческое использование» — хрен знает, что это такое, но штука, видимо, прибыльная…

— Да я и сам его подписывать не хотел, — подхватил профессор. — Выгодно-то, конечно, выгодно, но лучше уж по старинке — просто денег занять.

— Просто занять? — усмехнулся напарник.

— Ага. Как во втором варианте.

— Эх, Шура, Шура… Не просто так тебе предложили два варианта. Первый был нужен лишь для того, чтобы ты от него отказался. Зато второй… — Смирнов поднял палец. — На фоне первого он прямо святая невинность. Обычный займ, и ничего больше. Даже процентов нет. Рупь за сто, они тебе втюхивали, что не берут проценты, потому что банковской лицензии у них нет, а обманывать они не хотят. Типа, честные.

— А… откуда ты знаешь? — ошарашенно пробормотал доктор наук.

— Догадался, — ухмыльнулся «чекист». — Ход вполне предсказуемый, хотя и стандартный.

Учёный недовольно поморщился.

— Ты о них так говоришь, словно они наши противники или даже враги.

— В бизнесе, Шура, друзей нет. Только партнёры, которые одновременно и конкуренты.

— Но мы же не бизнесмены.

— Мы-то нет. А они?

Синицын почесал в затылке.

— Они — да. Тут ты прав на все сто.

— Во-от! Поэтому и думать, и действовать они должны именно как бизнесмены.

— Ну, хорошо. Пусть так. Но чем же тогда для нас плох второй вариант договора? — Александр Григорьевич указал на бумаги.

— Сейчас объясню, — Смирнов вынул из файла нужный листок и передал Синицыну. — Читай. Согласно пункту 4.6 мы ничего не можем получать напрямую. А по 4.11 мы обязаны предоставлять инвестору все счета и спецификации, включая и те, которые прямо к исследованиям не относятся. Например, за электроэнергию в арендуемых помещениях или на перевозку мебели и расходников. И только после их рассмотрения и одобрения некими аудиторами инвестора счета уходят в оплату. Причём, все деньги идут мимо нас, мы вообще не знаем, как и когда производятся платежи, сколько в цепочке посредников, кто они, чем занимаются, из каких источников финансируются и перед кем отчитываются.

— Ну и что? Не вижу в этом проблемы, — пожал плечами профессор. — Нам ведь что главное? Чтобы заказанное оборудование было поставлено вовремя. Разве не так?

— Так да не так. Поставленное вовремя оборудование — это полдела. Ещё надо, чтобы никто не смог догадаться, чем именно мы занимаемся, а также где и когда проводим эксперименты.