– Пойдем в постель, Джей. В мою постель. Мы сегодня ляжем вместе, если ты этого хочешь. А сказать всю правду друг другу успеем и завтра.

ГЛАВА 8

Джуно долго не могла заснуть, а когда наконец ей это удалось, ее одолели странные сны, в которых Джей принимал обличье самых разных людей – то Джона, то Бруно из бара, а то Малкольма из «Соседей».

Проснувшись, она испытала облегчение. Теперь Джуно могла поразмышлять о содеянном. С одной стороны, она, пожалуй, гордилась своей то ли дикой, то ли детской выходкой – она всегда подозревала, что в ней есть что-то от сирены. Но, с другой стороны, она очень мучилась от стыда и смущения. Разве это не ужасно – переспать с мужчиной, с которым у тебя не было ни одного свидания? С мужчиной, который внушал тебе некоторый страх? И, что еще хуже, с мужчиной, который тебе понадобился просто потому, что тебя отвергли этим вечером и ты срочно нуждалась в самоутверждении.

Да, в те годы, до Джона, когда она была одна-одинёшенька, ей приходилось несколько раз ложиться в постель с мужчинами, которых она едва знала, но во всех случаях этому предшествовала хоть какая-то история знакомства – по крайней мере, соблюдался ритуал, состоящий из обмена отредактированными устными биографиями в баре, ужина или двух в «Белла Паста» и совместного просмотра фильма Вуди Аллена. За всю жизнь у нее только дважды были мужчины на один вечер, после чего она испытывала сильнейшие приступы отвращения к себе, но ведь ни с одним из этих мужчин ей не предстояло впоследствии жить бок о бок в течение полугода.

Рядом с ней беспокойно спал Джей, он часто переворачивался, неровно дышал и иногда что-то бормотал во сне.

Джуно, уже начиная свыкаться с его лицом, доставила себе удовольствие неспешного любования мельчайшими его деталями сейчас, ранним субботним утром, в стальном и бледном свете наступившего дня.

Джуно рассматривала его почти полчаса.

Неожиданно Джей открыл глаза и не мигая посмотрел на нее. Затем из жарких недр одеяла он выпростал руку – теплую и сухую, с удивительной нежностью погладил ее по лицу сверху вниз, потом его пальцы разжались, а глаза снова смежились.

Джуно не хотела просыпаться, потому что ей снился дивный сон. Джей – или это был Малкольм из «Соседей»? – медленно целовал ей бедра. Изумительно. Она даже чувствовала прикосновение прохладных губ на разогретой под одеялом коже. Ммм. И влажные волосы щекотали ей живот. Ммм, ммм. А свежевыбритый подбородок зарылся глубоко в нежную плоть между ее ног. И язык вытворял какие-то невероятные штуки, и эти ощущения были совершенно реальными, просто нереально реальными. Нет, это не похоже на сон, это происходит наяву.

Если я сейчас открою глаза, то этого не произойдет, подумала она. Голова кружилась. Если я открою глаза, то этого не произойдет. Но это уже происходит, сейчас. Во сне или наяву, но я кончаю. Боже, я никогда не думала, что это так легко! Что же я делала неправильно все эти годы? Вот мы и прибыли… О небо! Ооо! Гром, плеск, звон, блеск, благодарю тебя, дядя Сэм.

– Доброе утро, моя прекрасная леди! – между ее грудей возникло лицо Джея. Он прижался гладковыбритым подбородком к ямке у нее на шее и улыбнулся ей. Она заметила, что он в спортивной форме для бега трусцой. – Я принес тебе завтрак. Ты, наверное, проголодалась. – Густые ресницы слегка дрожали, он смотрел на нее своими опасными желтыми глазами, и теперь они сияли радостью.

– Умираю от голода, – почти пропела она, все еще переполненная ликованием от последействия того химического взрыва, который только что произошел в недрах ее тела.

– Парк просто великолепен, – в восторге говорил Джей.