Просто не хотела, чтобы закончился этот особенный момент.

Слова Шейна эхом прозвучали в голове Дарби, и она могла ответить только «Аминь».

Потребовалась еще пара секунд, чтобы осознать: это не сердце Шейна стучит, а кто-то колотит в дверь.

– Господин Морган? Вы у себя, сэр?

Шейн поднял голову, как только Дарби поднялась.

– Ты куда? – спросил он сонным голосом.

– Тебя зовут. Стук повторился.

– Господин Морган? Дарби ухмыльнулась.

– Господин Морган, – повторила она, подражая вежливой интонации, – могу поспорить, что тебе это нравится.

Девушка чуть не вскрикнула от неожиданности, когда он притянул ее к себе и перекатился с ней к краю постели.

– Когда это говоришь ты – мне нравится. Она закрыла глаза, чувствуя, как они скользят по гладкому шелку на пол.

– Только в твоих мечтах.

Шейну удалось извернуться и первым оказаться на полу, запутавшись в простынях.

– Я вот что думаю: реальность гораздо веселее. Дарби, пытаясь выскользнуть из его объятий, стала извиваться.

– Да, реальность сейчас будет очень неуютной, если мы не встанем и не оденемся.

Где, черт побери, ее одежда? Она освободила руку, чтобы убрать волосы с лица. Все безнадежно перепуталось. Все, что она знала, – ее одежда разбросана вокруг них.

– Можем спрятаться, – предложил Шейн. – Притворимся, что нас здесь нет.

– Забыл, что ты здесь вроде как вечеринку устраиваешь? Люди заметят, что тебя нет. А может, кто-то уже заметил мое отсутствие.

– О да. Он.

– О да, – подтвердила Дарби, пытаясь не думать о Стефане. – И еще сотни гостей.

– Ну их. Они же не будут тебя провожать домой.

Дарби убрала волосы за уши и внимательно посмотрела на Шейна. Он дразнил ее или на самом деле ревновал? Человек, который мог назначить свидание любой женщине там, внизу?

– Он не будет провожать меня, – напомнила она Шейну. – Мы же здесь на все выходные, забыл?

Стук в дверь прекратился, или они были слишком заняты друг другом и не слышали его. Шейн приник к ее щеке.

– Почему бы тебе не остаться прямо здесь на все выходные?

Он не дал Дарби ответить, закрыв ее рот поцелуем.

Когда Шейн оторвался от ее губ, девушка знала, что нужно сделать, учитывая, что она находится здесь, – выдать какой-нибудь остроумный ответ, который его позабавит, потом выбраться из простыней прежде, чем Шейн уговорит ее продолжить. Вместо этого Дарби удовлетворенно вздохнула и прижалась щекой к его груди.

– Не соблазняй меня.

Но было слишком поздно.

Его руки скользнули под простынями к ее спине. Дарби ждала, что он станет ее гладить, попытается ее соблазнить.

А Шейн просто обнял ее и уткнулся носом в щеку.

– Останься.

Одно слово. Такое искреннее – ни самоуверенности, ни высокомерия. Это слово поразило Дарби прежде, чем она успела приготовиться к обороне.

Девушка поцеловала его, стараясь вложить в поцелуй то, что была не в силах произнести. Она отдала бы что угодно, чтобы все люди, приехавшие на вечеринку, исчезли и они могли быть вдвоем, сколько захотят.

– Я бы очень хотела, – сказала Дарби, уткнувшись ему в плечо.

Молчание слишком затянулось. Дарби даже подумала, не просит ли он ее остаться с ним после вечеринки, после того, как она сыграет роль. Представила, что ответит, если он действительно это скажет. Неожиданно штат Монтана показался ей очень, очень далеким.