— Пока есть ещё, — сказал я, заглянув в незастёгнутый в спешке большой торцевой карман сумки, где у меня находился стратегический запас. — Хватит ли на всех, сказать не могу, мы ещё не закончили.

— Ещё не закончили? — удивлённо протянул Курляндский. — Ты же вроде там ни свет ни заря начал свою деятельность, да ещё и ребята с Рубинштейна с тобой, и до сих пор не справились?

— Так тут заражён чуть ли не каждый второй, — сказал я, пожав плечами. Я в принципе вообще удивлён, что не все.

— Надеюсь, что здесь в городе такого не будет, — пробормотал Курлянский.

— А что, в Питере уже появилась? — насторожился я.

— Появилась, — вздохнул он. — Но по всем средствам массовой информации сообщили, чтобы никто не выходил из дома и пользовались только кипячёной водой. Очень надеюсь, что это поможет. Я всё равно на всякий случай таблетки выпил и прислугу заставил.

— Так, а в пригородах вспышки есть? — решил я проверить свою догадку.

— Ну да, — немного удивлённо подтвердил Курляндский. — А ты что, не в курсе?

— Я придушу этого Обухова, — пробормотал я, когда моя догадка подтвердилась.

— Зачем? — спросил дядя Гот. — Хочешь занять его место? Так это вряд ли получится, сначала тогда и Гааза придуши. А что тебе такого сделал главнейший лекарь?

— Это он специально так сказал, что других вспышек нет, чтобы я домой не рвался, — выдохнул я, чувствуя себя несколько оскорблённым этой ложью.

— Ну а с другой стороны, Сань, — начал меня успокаивать Курляндский. — Ты его тоже пойми, ты нужен сейчас там, где ты находишься, и зачем нужно тебя лишний раз дёргать и волновать? Так что это он, наоборот, молодец. А за нас не волнуйся, я, например, могу месяц как минимум ни с кем не контактировать, у меня запасов хватает. А что я из дома не выхожу, ты и так хорошо знаешь.

— Понятно. Дайте-ка я проверю, как там моя родня себя чувствует.

— Ладно, проверяй, — одобрил мой порыв дядя Гот. — А если таблетки ещё понадобятся, ты только свистни, я найду способ их тебе доставить.

— Так ведь небось они в городе будут нужны.

— Я же тебе говорю, город весь сидит по домам, — вздохнул Курляндский. — Я смотрю на улицу в подзорную трубу, пока деревья не распустились. Улицы пустые, словно вымерли.

— Не дай Бог, — сказал я, отреагировав на последнюю ассоциацию.

— Тьфу на тебя, Саня! — воскликнул дядя Гот. — Ты же знаешь, что я не это имел ввиду.

Я положил наконец трубку и набрал отца. Он не отвечал, такого раньше я не припомню. Кажется, я теперь понял, почему он не отвечает. Решил позвонить матери, не особо уже надеясь на ответ, но та трубку взяла сразу.

— Ну наконец-то Саша! — раздался в динамике её голос. — Я уже палец отбила тебе звонить! Как там дела у тебя?

— Папа бегает в противочумнике по городу? — сразу спросил я, проигнорировав её вопрос.

— Да, — намного тише ответила мать. — Не хотела тебе говорить, но и скрывать уже нет смысла.

— Заражённых много?

— Вроде пока нет, — немного подумав ответила она. — Ездят потихоньку по городу на вызовы. Хорошо, что всех оповестили и заставили дома сидеть. Он звонил недавно, был перерыв на обед. Ты там как, не голодный?

— Да вот тоже наработались, сейчас на обед собираемся, — сообщил я.

— Так уже четвёртый час! — воскликнула мама. — Уже ужин скоро, а ты ещё не обедал! А ну бегом!

— Так точно! — отрапортовал я.