— Но у меня нет жасмина, — пожал плечами мужчина.

— Найдёте, — буркнул я. — Так, не отвлекайте лекарей от важного процесса! Ваше дело лежать смирненько и слушаться, а об остальном уж мы позаботимся, не переживайте.

— И куст найдёте? — не унимался мужчина. Тоже мне, шутник. Но это гораздо лучше, чем нытик. У позитивно мыслящих прогноз всегда благоприятный. — Константин Фёдорович, начинаем с аорты, потом переходим на мезентериальные, насчёт почечных решим по ходу пьесы, возможно оставим до следующего раза. Катя, работаем!

Сестрёнка положила пальчики на виски пациенту, тот немного похлопал глазами и быстро погрузился в глубокий сон. Я тем временем глянул в диагностическую карту в исполнении нашей великолепной художницы Анны Образцовой и нашёл там отметку про стеноз коронарных артерий до восьмидесяти процентов. М-да, сразу такой не побежит, или убежит недалеко. Надо будет потом и этим вопросом заняться.

Я положил ладони на стенозированные подвздошные артерии и приготовился ловить фрагменты бляшек. В этот раз мы решили идти сверху вниз. Жеребин начал с нижней трети грудного отдела аорты, медленно продвигаясь вниз. Он действовал очень аккуратно, впрочем, как и всегда, мелких эмболов и тромбов в контролируемые мной артерии летело совсем мало. Я ещё периодически останавливал его и проверял сосуды почек и кишечника, чтобы и туда ничего не прилетело, но пару раз пришлось-таки убирать затор.

Когда очередь дошла до почечных артерий, мы решили всё-таки остановиться, продолжим процедуру на следующей неделе. Положительной динамики пациент пока не почувствовал, но я ему объяснил всё в деталях, благо человек попался умный и понятливый.

После небольшого перерыва на чай и восстановительную медитацию, позвали следующего пациента. Немного выбились из графика, но рука уже набита, нагоним без проблем. Тем более, что дальше пациенты шли более стандартные, у одних преобладал центральный стеноз, у других периферический. И в том, и в другом случае тактика у нас уже наработанная, просто брали и делали, практически без лишних рассуждений.

Обед прошёл как обычно, в непринуждённой болтовне. Я не стал коллегам рассказывать обо всём, оно им не нужно, уж лучше потом, когда всё закончится, чтобы не волновались почём зря. Думаете надо было? Но это всё светопреставление их вряд ли коснётся, глобальных боевых действий не намечается, а в моих вопросах они помочь не смогут, так и незачем дёргать тогда. Перед тем, как идти на лекцию, снова обзвонил всех участников предстоящего веселья, девчонки уже были на месте, а мама была в восторге от широкого кругозора и глубоких познаний шестилетней девочки. Похоже они подружились. Правда мама не знает, что эта девчушка ей как минимум ровесница.

— Сань, ты ничего не забыл? — прозвучал над головой голос Валеры, когда я спускался по лестнице, собираясь ехать домой.

— Да вроде нет, — пробормотал я, осматривая себя и хлопая по карманам.

— А лампа Алладина где? — хмыкнул призрак. — А то смотри, я могу и здесь остаться.

— Тьфу ты! — сказал я в сердцах и пошёл обратно в кабинет.

Глава 23

— Господи, куда же я её сунул-то? — я начал искать волшебную пробирку в ящиках стола. Сунул куда-то, когда приехали из Кёнигсберга и уже забыл. — Валер, где твоя переноска, колись давай!

— Фу, Саша! Какая переноска? — возмутился Валерий Палыч. — Чего ты меня с котом сравнил?

— Ну почему обязательно с котом? — хмыкнул я. — Собак иногда тоже в переноске транспортируют.

— Я даже представил себе, как ты тащишь по улице водолаза в переноске, хе-хе! В нижнем ящике стола под зелёной папкой.

— Точно, вот она! — воскликнул я и положил золотую пробирку тонкой работы во внутренний карман сюртука.