— Думаю, что да, — улыбнувшись кивнул он. — Но не уверен, что знаю всё. Такое впечатление, что она от меня всё-таки что-то скрывает. Может расскажешь?

— Да я сам до конца не понял, — пожал я плечами. — Она сказала, что надо попасть в древнюю библиотеку. Наверно там есть какие-нибудь ценные манускрипты для неё.

— Понятно, — сказал дядя Витя и в его взгляде я увидел некоторое разочарование, которое он тщательно пытался скрыть. Наверно хотел услышать от меня больше, а получил то же самое.

— Но про сосудистую патологию я сказал вполне серьёзно, — решил я переключить тему. — Не сейчас, так позже я пришёл бы порыться в вашей библиотеке.

— Ну раз надо, значит пороемся, — грустно улыбнувшись сказал мой наставник. — Тогда собирайся, поехали. Или у тебя ещё какие дела остались?

— Нет, — покачал я головой. — На сегодня свободен. Тогда выходите к машине, пойду одеваться.

По пути мы, что вполне естественно, заехали в любимую дядей Витей пекарню, прикупив домой обожаемые им булочки, пирожки и ещё кучу всякой снеди, которую люди, заботящиеся о своём весе за километр обходят. Хорошо, что ни у кого из нас троих проблем с лишним весом не было, поэтому можно себя особо не ограничивать. Моя беседа с Марией была максимально короткой.

— В пятницу рано утром, — сказал я, когда мы оказались на кухне одни.

— Идёт, — кивнула она.

Для чего мы шифровались я до сих пор не пойму, это можно было обсудить и при Викторе Сергеевиче. Зато после чаепития была более интересная часть спонтанной вечеринки. Перекапывали старые талмуды в поисках нужной информации мы все втроём. Мария уже неплохо ориентировалась в книгах, знала где и что лежит. «Уже лучше меня всё знает» — сообщил дядя Витя, когда она доставала с одной из полок очередную книгу.

После часа ковыряния в старинной и не очень литературе, я сделал один вывод: нормальной структурированной информации по сосудистой патологии нет, везде лишь урывками и без лишних подробностей. Значит моё решение заняться этим вопросом очень даже правильное.

— Я ещё вот о чем думаю, — сказал я, когда мы уставшие снова вернулись на кухню к столу. — Стоит ли разделять специалистов, занимающихся сосудами конечностей от тех, что будут чистить сосуды сердца?

— Ну тут двоякая ситуация, Сань, — сказал Виктор Сергеевич, заваривая свежий чай. — Для вмешательства на сосудах нужно два человека, а на сердце — один. Что тогда в это время будет делать второй лекарь?

— Как что? Медитировать, например, — предположил я. — Один работает, а второй отдыхает. Так пропускная способность кабинета будет больше.

— Кабинета — да, а каждого конкретного человека — нет, — сказал дядя Витя. — Всё равно процесс медитации занимает меньше времени, чем уходит на приём пациента, сбор анамнеза, обследование и саму лечебную процедуру. Если их рассадить по разным кабинетам, то они смогут обслужить больше пациентов.

— Зато не смогут подстраховать друг друга, — привёл я новый аргумент.

— Ну тогда и готов ответ на твой вопрос, — хмыкнул дядя Витя. — Лучше работать по двое. А как следствие, нет необходимости учить кого-нибудь работать чисто на сердце. Суть процесса-то, в сущности, одинаковая.

— Наверно да, вы правы, — кивнул я и взял с тарелки пирожок с вишнёвой начинкой. Всегда питал слабость к вишне, и в прошлой жизни тоже.

Подумав это про себя, задумался ещё глубже. Как у нас говорят «ушёл в себя». Ключевое слово «в прошлой» жизни. Она прошла и её невозможно вернуть, чего тогда хочет добиться Мария с помощью этого портала, даже если он существует? Вот и я не знаю. Ладно, чем бы дитя не тешилось.