Когда наш катамаран поравнялся с причалом, я уже был готов. Ловко набросил на столб веревку с петлёй, и через несколько секунд наше судёнышко мягко ткнулось об опоры, уходящие в воду.

— Кто такой? — поинтересовался у меня один из воинов — мужчина, лицо которого скрывала шикарная черная борода, заплетенная в косу, конец которой заканчивался металлическим шаром.

Я мысленно выдохнул. Местные говорили на русском. В целом, ожидаемо, но все же могло быть и иначе. Ладно, надо налаживать знакомство.

— Я — Андрей, кораблестроитель зелёного ранга. И у меня к вам есть несколько вопросов.

Глава 19

Почти разобрался…

— Это нож лодочника Бакула. — подтвердил Олег, возвращая мне клинок. Да, у старшего дозорного, воина племени Пяти ручьев было простое земное имя. Как и у большинства местных жителей.

Мы сидели в большом помещении, выбитом в скале, и ужинали. Лепёшки из местной муки, по вкусу похожие на кукурузную кашу, остатки жареного мяса змей — оказывается, здесь это большой деликатес, а запивали всё это лёгким кислым пивом.

— Всё, что найдешь в диком ручье, по праву твоё. — веско произнёс Давид — второй воин. Дежурство у обоих закончилось за полчаса до моего прибытия, и то, что они встретили меня, было чистой случайностью. Просто с той стороны, откуда я появился, обычно никто не приходит и не приплывает. Гиблое место — так здесь говорят. И это не шутка.

Первое, что у меня спросили, это — как я преодолел цветущее ущелье? Я честно признался, что легко, хоть и испытывал легкое головокружение. Оказалось, что никто из племени Пяти ручьев не сунется туда по доброй воле, так как это верная смерть. Аромат цветов одурманивает, и человек навсегда превращается в безвольное существо, пускающее слюни и не способное даже пошевелиться. Единственный, кто не пострадает, это носитель элитной мутации.

Поэтому никто не отправился на поиски лодочника, хоть он был уважаемым и очень ценным членом племени. Все боялись надышаться пыльцой, которую выносит далеко за пределы цветущего ущелья. Да и единственный способ забраться выше по течению, это преодолеть длинное ущелье, которое выходит гораздо ниже поселения Пяти ручьев.

Так аборигены узнали, что я являюсь носителем элитной мутации. И от того отношение ко мне изменилось с приветливого на уважительное. А когда я предложил купить у меня два меча А-плюс-плюс ранга, так и вовсе стал другом племени.

Правда, пришлось поторговаться, так как за каждый меч я просил десять элитных ликонов, или двести червонов. На первый вариант воины среагировали спокойно, а вот второй их удивил.

— Андрей, я конечно понимаю, червоны получить легче, чем элитные ликоны, но двести — это перебор. — возмутился Олег. — Да в любом селении тебе скажут, что элитка к червонам один к десяти идёт.

— Ну так он знает, что у нас отродясь элиток не водилось. — усмехнулся Давид. — Откуда им появиться тут, вдали от больших племен и чёрных расщелин. А вот червоны есть. Да и немного он просит, считай одолжение делает. Нужно рассказать вождю, он точно заинтересуется — любит оружие. Андрей, ты у нас надолго? Можешь задержаться хотя бы на один светодень?

— Да. — поддержал товарища Олег. — Наш вождь, Володмир, отбыл в соседнее племя, на свадьбу дочери с тамошним главой. Завтра должен вернуться.

— Задержусь. — пообещал я, про себя отметив, что следует следить за языком. А в идеале поймать языка, и допросить как следует. Светодень, ценообразование — нужно разузнать все нюансы местного бытия, иначе при первых же расспросах попадусь. Это здесь меня приняли по-дружески, а в другом месте сразу распознают чужака.