- Что это такое? – спросила Мерси, и, прищурившись, почти уткнулась во флакон носом в попытке разглядеть таинственный источник света сквозь матовое стекло. Драконица встала рядом:

- Забавно, что из всего здесь увиденного, ты заинтересовалась именно этим.

- Довольно странно было бы найти электрическую лампочку в пещере со свитками, - пожала плечами Мерси и потянулась к флакону рукой. Драконица топнула, отчего в «коридоре» послышался шорох падения каменной крошки, и грозно прорычала:

- Если не хочешь лишиться ладони, лучше не стоит.

Девушка вздрогнула и быстро спрятала руку за спину:

- Простите…

- Не смотри на меня как на людоеда! – обиженно воскликнула Drachenmacht. – Я не собираюсь откусывать тебе конечности за любопытство! Но это – не обычные лампы. Их небезопасно вот так разглядывать. В каждом шаре хранится искра пламени Иждереха. Быть может, света от нее не так и много, но обжечься можно запросто.

- Я поняла, - слегка покраснев, кивнула девушка. Неловко получилось: она ведь и правда на мгновение представила как драконица отгрызает ей руку. Впрочем, долго терзаться Мерси не дали:

- Смотри сюда, - требовательно позвала Иждерех и мотнула головой в сторону ближайшей ниши. В ней двумя разновеликими кучками лежали драгоценные камни. В одной – крупные, размером со среднюю монету, во второй – помельче. Все камни были хорошо обработаны, но по странной методике – они вообще не имели острых граней. Рядышком стояла маленькая серебряная тренога. Круглый обод на ее вершине служил чем-то вроде подставки, сейчас пустующей. – Это, как бы объяснить попонятнее… - словари. Найди два сапфира.

- Эм… - поскребла в затылке Мерси. Она, конечно, была в восторге от камней в целом, но понятия не имела, чем отличается сапфир от рубина или того же топаза. Драконица тяжко вздохнула:

- Пара желтых камней в каждой куче, - с чуточку убавленным энтузиазмом объяснила она. – Большой положи на треногу. Маленький – засунь себе в ухо. Только аккуратнее, потому что в нашем племени нет медиков, способных залечить раны девату. И если сапфир войдет в одно ухо, а выйдет из другого – это будет твоя личная проблема.

Мерси скривилась, от души жалея, что драконице нельзя показать язык, и быстро выполнила указания. Сапфир поменьше поместился в ухе словно маленький наушник – прохладно, конечно, но вполне терпимо.

- Теперь ты можешь изучать наши работы, - кивнула Drachenmacht. – Иждерехи потратили много времени, чтобы создать эти словари. Мы искали соответствия понятий веками и, надо признать, довольно успешно. Сейчас коллекция состоит практически из всех основных наречий трех миров. Желтый сапфир содержит язык деватов. Я так понимаю, ты на нем хорошо говоришь?

Мерси кивнула с задумчивым видом: странно, что до этого момента она ни разу не задумывалась о языковом барьере.

- Я думаю, дело в крыльях, - словно услышав размышления ученицы, вставила Drachenmacht. – Некоторые способности фениксы получают по праву рождения: умение призывать удачу, раскрывать крылья, возможно, - понимать себе подобных. У драконов также. Только вот наш язык не настолько сложен. Вы пытаетесь описать словами буквально все: начиная от эмоций и заканчивая логическими выводами. Это забавная особенность, но к ней нужно привыкнуть. В наших свитках ты не найдешь знакомых букв или слов. У нас нет правил, по которым строится речь. Наши знания состоят из образов и историй. Это – память, которую нам удалось запечатлеть на бумаге. И читать ее нужно соответственным образом.

Драконица подняла переднюю лапу и на удивление ловко подхватила один из ближайших свитков.

- Раскрой, - приказала, бросая его Мерси в руки. Та сняла футляр, развернула хрустящую бумагу и с удивлением уставилась на содержимое:

- Здесь ничего нет.

- Неправильный ответ, - фыркнула драконица.