Почему ей приходится самой просить о поцелуе? Она совершенно уверена, что привлекательные женщины не обращаются к мужчинам с подобными просьбами. Ах, окажись она хоть чуточку привлекательнее, от поклонников не было бы отбоя.

Но она не считала себя привлекательной, а потому должна была признаться в своем желании. Разве это так сложно?

Наконец, когда они оказались неподалеку от Трафальгарской площади, она услышала ласковый смешок Мика, и его губы легонько прикоснулись к ее щеке.

— Вы безнадежны, Винни! — заметил он. — Это же просто глупая игра! Меня подтолкнуло к ней больное самолюбие, и теперь мы оба страдаем понапрасну. Я все равно буду вас целовать. Вы только не гоните меня!

Он уже повернул к себе ее лицо, и она почувствовала на губах его дыхание.

Боже милостивый! У нее забурлила кровь, а сердце гулко застучало.

Он целовал ее на глазах у всего Лондона, на открытой верхней площадке омнибуса, и лорд Нельсон смотрел на них с высоты своего пьедестала.

Обаятельный, неотразимый Мик целовал ее, не стесняясь целого света, и она таяла в его объятиях. Он приподнял Винни и усадил к себе на колени, и она задохнулась от восторга.

Вот оно, настоящее блаженство! Мик прижимал к себе ее чудесное, податливое тело, и она не сопротивлялась, а с той же страстью отвечала на его поцелуи!

Ей было так хорошо, так уютно сидеть у него на коленях. Но вскоре Винни почувствовала нечто довольно странное. Там, где она сидела, появился какой-то твердый предмет. Он увеличивался с каждой минутой.

Это ее ничуть не испугало, лишь слегка встревожило. Кажется, кто-то предупреждал ее об этих вешах, но кто бы это ни был, он ошибался. Хотя ее познания из биологии никак не вязались с размером того, что упиралось ей в ягодицы, трудно было представить, что такая грандиозная штука может поместиться в...

От дальнейших размышлений ее избавил ворчливый голос кондуктора:

— Эй, голубки! — Чистый, ни с чем не сравнимый кокни. Они оглянулись и увидели голову в фуражке, возникшую над краем империала. — Далеко собралися?

— Элдвич!

— По два пенса с носа!

Мик полез в карман за мелочью, и Винни, воспользовавшись этим, соскользнула с его колен и села как положено. Господи, что на нее нашло? Что скажут люди? А вдруг им известно, что творилось там, где она сидела? От стыда она готова была провалиться сквозь землю!

Тем не менее она что-то напевала про себя, пока омнибус катился все дальше на восток.

На вопрос, куда они едут, Мик ответил:

— В мой квартал.

Винни этот ответ вполне удовлетворил, но потом она испугалась: не имел ли он в виду Уайтчепель? Однажды ее водил туда отец — они изучали кокни. Конечно, им удалось собрать очень богатый материал, но сама атмосфера этих кварталов показалась Эдвине ужасающей. Недаром Уайтчепель считался сердцем Ист-Энда. На каждом шагу там попадались оборванные грязные дети и попрошайки. Темные кривые улочки сплелись в кошмарный лабиринт. Воистину злачное место. Прошло еще три года, и Джек Потрошитель прославил его на весь мир.

Омнибус подскочил на ухабе, и рука Мика, все еще лежавшая на спинке скамьи, скользнула ей на плечи. После чего все ее страхи испарились без следа: она готова была идти за ним хоть на край света. Еще никому Винни не доверяла так, как Мику.

На улицы опускался тихий ласковый вечер. Была середина недели, и лавки закрывались довольно рано, но везде царило оживление: все спешили закончить свои дела и вернуться домой. Лицо овевал теплый весенний ветерок. Омнибус проехал мимо Ковент-Гардена и вскоре оказался в Элдвиче.

— Придется немного пройтись.