— Так точно, господин командир! — стройным хором отозвался практически весь персонал, после чего некоторые из сотрудников позволили себе улыбнуться.

Все-таки хороший у них был руководитель. Понимающий.

* * *

Господин Эрих сидел в кожаном кресле с высоким подголовником и, не торопясь, листал неизвестно как у него оказавшуюся тетрадь с идеями и набросками нашего ученого.

Йоно робко замер на пороге. Это раньше он еще по незнанию мог позволить себе дернуть этого человека за рукав и бесцеремонно полезть давать ему свои советы, но сейчас… этот мужчина был для Йоно в самом прямом смысле, царем и богом в одном лице.

— Ты, — с ходу начал директор филиала, — кому-то это показывал? — постучал он указательным пальцем правой руки по столу с лежащей на нем тетрадью.

В ответ собеседник все так же стоя чуть ли не в дверном проеме как-то неопределено помотал головой, что его жест, при желании, можно было интерпретировать и как «да», и как «нет».

— Здесь минимум три патента! — глядя буквально сквозь пришедшего к нему человека, вздохнул сидящий в кресле мужчина. — В расчетах ряд ошибок, некоторые нюансы не учтены, профиль у разработок несколько не наш, но… Идеи…

Мужчина встал со своего трона и, подойдя к стоящему около стены книжному шкафу, вынул оттуда ярко красную папку.

— Садись в мое кресло и решай, у тебя тридцать минут, а я пока схожу пообедаю, — приказал он и, не дожидаясь ответа, вышел вон из кабинета.

В папке Йоно обнаружил таблицы Лэндли и графы Эниона. Самый объективный тест нового мира на интеллект.

* * *

— Нет. — Йоно позволил себе очередную маленькую остановку. — Вам не понять, каково это — сидеть в кресле такого человека, как господин Эрих. Сидеть за его столом.

— Ну, а дальше? — озвучил Марк терзающий как его самого, так и его напарницу вопрос. — Тут-то ты как оказался?

— Вот. — Азиат извлек из кармана сложенный вчетверо листок и протянул его пилоту.

— Данный сертификат официально удостоверяет, что Йоно Ерак… — вслух зачитал Марк. — Набрал шестьдесят восемь процентов при прохождении таблиц Лэндли и семь и один балла при прохождении графов Эниона. Ну, и? — Капрал вопрошающе посмотрел на собеседника.

— Это очень серьезно, пилотя, — вмешался в разговор кораблик. — Ты даже не представляешь, насколько это много. У меня было сорок три по Лэндли и четыре и семь по Эниону, и я считалась особо одаренной в свое время. А он, пилотя… Кажется, он — гений.

Марк промолчал.

— На этом история не закончилась, а только началась, — позволил себе улыбку азиат. — Помнишь, я тебе говорил, что мне в моем научно-исследовательском институте запрещали эти тесты сдавать, мол, я явно не потяну, нечего позориться. Так вот. Оказывается, я их заочно вроде как сдавал. Их там вроде как все сдавали. Директор филиала их из года в год подделывал, чтобы самый высокий показатель себе приписывать и тем самым свое место сохранять. Много чего всплыло. И куда чеки сливались со счетов. И почему оборудования нового не закупалось, и почему он нам всем запретил с сестренкой дружить… а всему вроде как я виной… — В голосе рассказчика проскочило едва заметное злорадство.