Короче говоря, сверхскоростная генерация маны и её слив. И так день изо дня, из года в год. Доживали топовые зачарователи максимум до полтинника.

Что до самого зачарования — всё оказалось очень просто. Предмет либо наделял носителя защитным полем, либо усиливал физически. Пузо ещё очень удивился, что я, мол, без щитов хожу. Поохал, поахал и выдал мне забавную деревянную резную игрушку. Что именно эта игрушка пыталась из себя изобразить, я, по правде говоря, не понял. То ли конь, то ли волк — хуй проссышь; башка да четыре ножки.

— От огнестрела спасёт если что, — уверил меня Пузо. — Хотя если в голову, то не факт, но… Положите в карманчик на всякий случай.

Прекрасно! Урвал нахаляву артефакт. Ай да я.

Ну так вот.

Чем сильнее маг — тем сильнее защитное поле или усиление. Ну а на высших уровнях, — это как для меня материализация иллюзий, — федоскинские учились наделять предмет другими ништяками. Какими — неизвестно. Информация закрыта. Сильные семьи не для того мучали своих выкормышей, чтобы затем сливать секреты.

— Я сколько не пытался вызнать, — сказал Пузо, — всё бестолку. Вот так вот, Илья Ильич. Живёшь себе живёшь и даже не знаешь, на что способен…

Тук-тук-тук! — постучались в окно поручика Пузо. Он обернулся и:

— А-А-АЙ-Ы-Ы-АЙ! — и дёрнулся так, что случайно придушил себя ремнём безопасности.

В окно стучал Антон Клоновский. Синенький, вздутенький. Весь в слизи какой-то, глаза белым подёрнулись, голова набок. Мычит чего-то на своём андедском. А какой, сучара, ароматный! Аж через закрытое окошко слышно!

Телохранитель Клоновского стоял рядом и выглядел ничуть не лучше.

Зомбари явились к нам вперёд сестёр.

Татьяна Ильинична только-только вылезала из леса на опушку, а Васька весело скакала к машине вдоль по дороге. Глаза девочки сделались совсем-совсем чёрными, как у крыски, шиншилки или грёбаного демона из Преисподней. Глазницы, лоб и виски у Васьки готично потемнели. По всему лицу выступили золотые с белым вензельки — палехская роспись.

— Страсть-то какая, — выдохнул поручик Пузо, а потом приоткрыл окно.

— А ну давай иди отсюда! — прикрикнул он на зомби-Клоновского. — Пошёл-пошёл!

— М-м-мы-ы-ы, — ответил Клоновский.

— В багажник полезай! — поручик ударил зомби дверью. — В багажник! Илья Ильич, ну скажите им…

— Вась! — я высунулся в окно. — Скажи им, чтобы лезли в багажник!

— Хорошо, Илюш!

Лицо девочки потемнело чуть сильнее, она махнула на зомбарей рукой, — будто официанту мелочь бросила, — и Клоновский с охранником побрели к багажнику.

— М-м-мыыыыы…

— Я там брезент расстелил, — сказал Пузо.

— Очень предусмотрительно, поручик.

— Спасибо, Илья Ильич.

* * *

Путь до имения Клоновских был недолог. Чуть не доезжая семейной клонофермы, поворот направо и в лес. После того, как поручик чуть не наблевал себе за шиворот, — да и меня тоже порядком мутило, — я решил слить немножечко маны на ароматизаторы.