Кста-а-а-а-ати. А ведь Мохобор обещал мне кое-что ещё.

— Брусника, — девушка сидела со мной рядышком. — Слушай, я точно помню, что твой отец говорил что-то насчёт свадьбы.

Брусника неуверенно кивнула.

— Но раз твоя сестра уже вышла замуж, стало быть, она уже не может. Логично, правда? И получается, что моя невеста — это ты?

— Кхм, — взгляд девушки виновато забегал. — Илья Ильич, мы можем отойти и поговорить наедине? Это не для чужих ушей.

— Конечно, — ответил я. — Пойдём.

Почему она так странно себя ведёт? Сейчас опять случится какой-то потешный курьёз, и я опять останусь недолюблен? Что опять не так? ЧТО, БЛЯДЬ, ОПЯТЬ НЕ ТАК⁉

Мы вышли из-за стола и побрели по пустой, освещённой факелами деревне. Где-то позади гудело застолье. В небе зажглась первая звезда. В клетке над нашими головами очень шумно расчёсывал лицо пленный казак Яросрыв Неврозов.

Брусника молчала. Я тоже молчал. Предвкушение очередного облома очень злило.

Наконец мы дошли до какой-то маленькой хижинки, девушка остановилась и повернулась ко мне лицом.

— Илья Ильич, — она тяжело вздохнула. — Отец обещал отдать тебе в жёны одну из своих дочерей, но… так вышло, что моя сестра уже занята, а я… я…

Брусника тяжело вздохнула.

— Я не знала, что так получится. Извини. Буквально этим утром я приняла командование женским боевым крылом племени. Я поклялась в верности «Клюквенным Клинкам» и не могу нарушить данную клятву даже по воле нового вождя. Один из пунктов этой клятвы гласит о том, что я принимаю обет безбрачия. Прости, Илья Ильич, но я не могу выйти за тебя замуж.

— Угу.

Ясно-понятно, нихуя нового. Издевательства продолжаются. Если представить на секунду, что я персонаж какой-то книги, то мои приключения пишет какой-то наглухо упоротый, сука, ублюдочный садист. Тут не дали, там не дали! А-ха-ха! Как же весело! Как смешно! Прямо надорваться, блядь, можно, от смеха…

— Ну, — я хлопнул в ладоши и делано улыбнулся. — Что ж? Я пойду тогда, ладно? Мне с твоим отцом нужно перетереть ещё кое о чём.

Я развернулся и зашагал обратно.

— Погоди! — Брусника схватила меня за плечо. — Илья Ильич, я очень виновата перед тобой! Да, я подвела тебя и мне очень-очень стыдно. Но если ты согласишься. Если тебе вдруг такое интересно. Я… Я не могу выйти за тебя замуж, но я хотела бы с тобой спать.

О как. «Подвела» — говорит. Такое «подвела» люди годами ищут.

— А ты? — спросила Брусника. — Хочешь?

Глава 15

Про какую-то полянку

Вот говорили мне люди в прежней жизни, мол, Илья Ильич, ты ж такой степенный дядька, и взрослый, и неглупый, и видно что воспитанный где надо. Бабушек через дорогу переводишь, с выпивкой не борщишь, с советами непрошенными не лезешь. И ножом с вилкой ешь, как первая леди; и даже стульчак за собой опускаешь.