— Так ты магичка?

— Совсем чуть-чуть.

Брусника взяла с поверхности воды жухлый плавающий бутончик и тот мгновенно воспрял и налился соком.

— Но это мой максимум. Я как-то больше по части ножей.

— «Клюквенные Клинки»?

— «Клюквенные Клинки», — кивнула Брусника.

Прекрасно. Мало того, что я вождь клюкволюдов, так ещё и лидер боевого крыла племени лоялен ко мне настолько, что аж согласен пороться без обязательств. Мутантину скоро придётся несладко. «Клюквенные Клинки», клан Вежливого Лося и я, великий и ужасный маг-друид-иллюзионист с двумя взрывными ягодицами. Ещё и у Лёхи Мясорубова наверняка можно вымутить поддержку, если уж совсем-совсем замес начнётся.

Вот только Лёха. Блин. С ним как-то пока неправильно складывается. Прошу, прошу, а взамен ничего. Неправильно это. Так не дружат. Ну ничего, исправим и…

Так! О чём мои мысли в такой момент⁉ О дружбе с Лёхой Мясорубовым⁉ Всё! Хватит!

— Ну так что? — спросила Брусника. — Как мне лучше по-твоему? Обернуться обратно или оставить так?

— А можно пару раз так, а пару раз так?

— Ах-ха-ха, — звонко расхохоталась Брусника; так, как умеют хохотать только девушки и только в постели. — Можно.

И тут… В этот самый момент… Будто бы из ниоткуда… Ах-ха-ха! Да не, угараю. Всё в этот самый момент пошло именно так, как мне бы того хотелось. И даже не пошло. Понеслось!

* * *

Фу-х. Н-да. О-го-го. Вот это конечно я. Вот это конечно метаболизм.

Брусника лежала в ванне, смотрела в потолок и глупо улыбалась. Сначала я было дело попытался с ней поговорить, но она в ответ лишь мямлила что-то неразборчивое. Видать, речевые центры барышни засбоили. Растряслись, ага.

Счастливый, чистый и благоухающий, я вышел из хижины. Чувствовал я себя сейчас, как ребёнок под Новый Год. В животе бурлыкает кролик с картошкой, яйцы пусты, впереди инуганага… игугагуна… вот-это-вот короче.

От благодати на меня снизошедшей я решил впредь попытаться воздержаться от нецензурной брани. Ни в словах своих, ни в помыслах отныне не упомяну я ни срамные части тел, ни женщин с низкой социальной. Да будет так.

— Попрошу тебя, чтобы солнце грело, — напевая себе под нос, я зашагал к праздничному столу клюкволюдов.

— Илья! — закричал Мохобор. — Илья, мы тебя ждём! Время!

О времени я как-то и не подумал. Сколько я терзал бедную Бруснику? Час? Полтора?

— Бегу-бегу!

Клюкволюды шустро убрали со стола все объедки, освежили стол и потушили часть факелов. Теперь они подсвечивали лишь вход в избушку, — избушка находилась на небольшом возвышении, так что здесь возникла эдакая импровизированная сцена.

Лишайя о чем-то пошепталась с отцом, тот кивнул, и молодая невеста утянула Чагу прочь. Я бы, конечно, был не прочь посмотреть на рожу этого му… негодяя. Да. Я был бы не прочь посмотреть на рожу этого негодяя в тот момент, когда меня объявят вождём. Но. Молодо-зелено, как говорится. Первая брачная ночь. Пускай наслаждается.

— Попрошу тебя, чтобы море пело…

Утих смех. Смолкли разговоры.