— Отлично понимаю, княжна.

— Это может иметь далеко идущие последствия…

— Очень на это надеюсь.

— Значит, не отступишься?

— Нет. Можешь так и передать в Киев.

Девушка слегка приподняла брови и улыбнулась.

— Почему ты думаешь, что я собираюсь сообщить о рядовом школьном конфликте домой?

— Потому что ты сама сказала — это уже не просто рядовой школьный конфликт, это уже большая политика.

— Но пока я не завизировала дуэль у преподавателей, это ещё можно как-то оставить в рамках рядового школьного…

— Я не очень люблю повторять раз за разом одно и то же, Анастасия Владимировна.

Рюрикович вздохнула.

— Упёртый… Или… Ты действуешь в чьих-то интересах, так? Ладно, можешь не отвечать — всё равно же не ответишь…

— Не веришь, что я могу действовать в своих интересах? — я невозмутимо глотнул морса.

Анастасия внимательно посмотрела на меня.

— Союз Волыни и Мазовии — это противовес Польше, — сказала Рюрикович. — Был. Худой, не самый выгодный, но всё-таки союз. А Вышеслав в качестве наследника был удобен… некоторым сторонам.

— Потому что недалёкий?

— Потому что предсказуемый, управляемый, импульсивный… — девушка улыбнулась. — Ладно, и недалёкий тоже. Если он отречётся, то ему на смену придёт куда более способный Казимир. Но союз с Волынью теперь распадается — скандал не замять так просто. Я могу предположить, кому такой расклад может быть выгоден, но это чистой воды гадание, а я в тонких искусствах никогда сильна не была…

— Ты немного не о том думаешь, княжна. Ты думаешь о том, что я изменил своим вмешательством и какие цели преследую. Хотя вообще-то стоило бы подумать о том, что сегодняшняя безобразная ссора была неизбежна.

Анастасия задумчиво побарабанила пальцами по столу.

— Продолжай.

— Во-первых, свита Ольги презирает её и не отличаются особой сообразительностью — хотели подставить слегка, а получилось не слегка. Сами ли они до этого додумались, кто-то их направил по этому пути или даже получили приказ — вопрос другой и не столь существенный. Во-вторых, Вышеслав увлечён своей простолюдинкой. Сильно увлечён. Поэтому конфликт между Ольгой и Вышеславом был неизбежен. А дальше, сама видела — слово за слово, кулаком по столу…

— Значит ты уверен, что разрыв помолвки был неизбежен? — прищурилась Рюрикович.

— Не берём в расчёт время дуэли, состав дуэлянтов и даже исход поединка, — сказал я. — Да, ваше высочество. Разрыв. Был. Неизбежен. После чего Вышеслав возвращается в Мазовию, а Ольга — в Волынь. Союз не состоялся, наследник одного княжества — истеричка, наследница другого — бастард. Причём, незапланированная наследница, которую теперь надо как-то убрать.

Анастасия несколько раз беззвучно хлопнула в ладоши, изображая аплодисменты.

— Для того, кто изображает из себя туповатого кровожадного убийцу, ты мыслишь на удивление далеко. Возможно, даже слишком далеко. Для аристократа без титула-то. Что тебе с возможной войны между западными княжествами — лично тебе?

— Мне не нравится, что среди её жертв должна оказаться Ольга Романович.

— Прости за бестактный, но столь интригующий вопрос — ты влюблён в неё? — лучезарно улыбнулась Рюрикович. — Ещё раз прости, не смогла удержаться! Так велик был соблазн…

Я закатил глаза.