Давлю смешок. Никогда не встречал человека, которому власть и авторитет были бы нужны меньше, чем Эр Джею.

– Это не школа, а дурдом, Джессап. Они тут все сумасшедшие. И я просто хочу избавиться от этого всего.

– Только дай знак, – предлагает Дюк, – и я сниму с тебя эту ответственность.

– Но у меня есть условия, – предупреждает Эр Джей. – Я не собираюсь складывать все с себя, только чтобы ты снова устроил тут свою тиранию.

Дюк закатывает глаза. Этот разговор ему уже наскучил, но он истекает слюной в ожидании момента, когда снова сможет размахивать членом по любому поводу.

– Во-первых, по поводу твоих «правил»: я демилитаризованная зона.

Дюк озадаченно фыркает.

– Это еще что значит?

– Это значит, что на меня ничего не распространяется. Ни правила твои идиотские, ни налоги, ни другие безмозглые приколы, которые взбредут тебе в голову. С этого момента я – независимое государство. То, что происходит в моих границах, тебя вообще никак не касается.

– Ладно. Проехали.

– Во-вторых, Лукаса тоже в покое оставь. У парня и так денег нет.

– А ты кто, его мамочка?

Я отвлекаюсь, а точнее сказать, паникую, заметив входящего в теплицу Фенна. Он зависает у двери, разглядывая вопящую толпу, наверняка замечает и нас в том числе, но подходить совершенно не торопится. Отчего мне становится только беспокойнее. Теперь вспоминаю, почему изо всех сил избегаю трезвого состояния. Отвратительно, никому не рекомендую.

При других обстоятельствах я бы нашел способ выкинуть все это из головы. Но Фенн последнее время такая грустная лужа, не выходящая из кризиса, что у меня ощущение, будто я лично пристрелил маму Бэмби. А потом трахнул его девушку.

– Ну, если мы всё порешали, – говорит Дюк, хлопая Эр Джея по спине, – то теперь можем быть друзьями.

– Ну, это громко сказано, – сухо отвечает Эр Джей. – Но мы договорились?

– Договорились. – Дюк протягивает руку.

Стоит Эр Джею расслабиться и попытаться ее пожать, как Дюк размахивается и бьет его с левой.

По толпе разносятся крики, и все забывают про драку десятиклассников в надежде, что сейчас начнется настоящее месиво.

Надо отдать Эр Джею должное, удар он переносит стойко, хотя на утро у него точно разнесет губу.

– Жулье, – рычит он на Дюка.

– Прости, – весело улыбается Дюк. – Надо же было все узаконить. Теперь мы квиты, – говорит он, потому что ему всегда нужно оставить последнее слово за собой. Всегда.

Эр Джей поправляет челюсть, принимая прощальный удар за цену сделки.

– Уж надеюсь.

– Да ладно тебе. – Дюк забрасывает ему руку на плечи. – Мы же почти семья, нет? Ты спишь с моей бывшей.

– Такой у тебя план, да? Второй шаг – подобраться через меня обратно к Слоан?

Тот смеется.

– Чувак, если ты думаешь, что ее можно затащить в постель хитростью, то ты ее совсем не знаешь.

– И то верно.

– Так, слушайте все! – Распорядитель этого вечера встает в центре круга, где остались свежие лужи пота и крови после предыдущей драки. – Одиннадцатый класс, Виндер, Хамилл, выходите.

С противоположных углов показываются следующие бойцы. Вокруг них по рукам гуляют деньги, отрепетированная хореография ставок.

– Пойдем, – говорит Эр Джей. – Достало это все.

Мы успеваем сделать лишь пару шагов, как где-то в гуще народа раздается новый шум. Тревога ползет по позвоночнику, как лозы плюща, когда Фенн вываливается на середину помещения, отбирая площадку у анонсированных бойцов.