– Я однозначно надела не те туфли, – говорит Мила и печально дуется, забрасывая ноги мне на колени. – Сними их с меня. Пожалуйста.

Улыбаюсь ей.

– Мне совесть не позволяет дать тебе гулять по спортзалу босиком.

– Еще лишай подцепишь. – Оливер изображает рвоту.

Господи, как бы я хотел снова учиться в Балларде. Убраться куда подальше от школы неудачников. Мне кажется, они заразные и заставляют меня опускаться до их уровня. Еще один семестр, и я точно потеряю баллы ай-кью.

Лицо Милы вдруг принимает странное выражение. Проследив за ее взглядом, я вижу Эр Джея со Слоан, которые только что впорхнули обратно в двери, чтобы забрать его пиджак и ее сумочку со стола.

– Боже, и ты туда же? – вздыхаю я, заметив ее жалобные глаза.

– Заткнись. – Она тыкает меня ногой в живот. – Не твоя бы корова мычала.

– Так и сохнешь по упущенному? – Оливер уклоняется, когда она пытается треснуть его по плечу. – Он как раз сюда идет, покажи ему сиськи.

Взгляд пасмурно-серых глаз Слоан прошивает меня насквозь, когда они с Эр Джеем проходят мимо нашего столика. Потом она смотрит на Милу, и ее губы трогает улыбка.

– А он хорошо целуется, да? – С издевкой спрашивает она, уводя Эр Джея за собой за руку.

Мила тихо вскипает и отворачивается, убирая ноги с моих колен. Если бы взглядом можно было убить, Слоан бы уже была трупом.

Оливер улыбается, как дурак.

– Это что сейчас было?

– Сучка, – шипит Мила.

Но он не отстает, словно собака, почуявшая косточку.

– Ты что, целовалась с Эр Джеем? Когда это?

Мила закатывает глаза, жуя щеку.

– Он был на вечеринке в общаге на прошлой неделе, помнишь? Весь вечер ко мне подкатывал. Потом мы пососались немного.

Баллардский квотербек только фыркает.

– Ух, дела. Весело. А я где был?

– На прошлой неделе? – непонимающе встреваю я. – Они же вместе были. – Насколько я помню из раздевалки у бассейна, Эр Джей очень даже настаивал, что их отношения нерушимы.

– Очевидно, она это все и подстроила, – цедит Мила сквозь стиснутые зубы.

– Зачем? – моргает Оливер.

– Чтобы сделать из меня дуру, зачем еще. Потому что Слоан ужасная.

– Серьезно? – Не стоит над ней смеяться, но все это как-то грустно. – Ты хоть когда-нибудь перестанешь пускать слюни на все, что принадлежит Слоан?

Мила показывает мне средний палец.

– А ты когда-нибудь перестанешь пускать слюни на нее саму?

– Ауч, – ржет Оливер.

Какой же он ребенок.

– На этой ноте, пожалуй, схожу налью себе еще, – встаю я.

Мила пинает меня по лодыжке.

– И мне принеси.

– Сама себе принеси.

Она кривит губы в ответ на мой вызов и медленно поднимается на ноги.

– Знаешь, мне даже нравится этот новый Сайлас.

– Рад за тебя.

Оливер отвлекается на слова товарища по команде и отрешенно хлопает Милу по руке с просьбой и ему что-нибудь принести. Мы вместе отходим к столам и берем по бутылке минералки. Здесь жарко, как в аду, и вонять начинает, словно в мусорке с разбитыми пузырьками духов и одеколона в переулке за каким-нибудь фастфудом.

– Так что тебе так нравится в игрушках Слоан? – подкалываю Милу.

– Хотелось бы мне жить в твоем параллельном мире, – огрызается она.