— Извините, — сказал я вполне искренне. — Надеюсь найти для вас дело, вовсе не связанное с постелью. Как сильно вы готовы рискнуть ради четверти миллиона?

Изобел сказала, что готова пойти на любой риск. Они всегда говорят это — те, в кого ни разу в жизни не стреляли.

Глава 12

Наш друг Фрэнсис, он же Билл Менандер, снова прицепился к моему “спрайту”, когда мы вышли из ресторана и, погрузившись в авто, выехали со стоянки. Изобел усмехнулась.

— Что смешного? — спросил я.

— Да ваша машина. Такую секретный агент выберет только в телефильме.

— Может, потому-то я ее и выбрал. Как вы относитесь к дельфинам?

— К кому?

— К дельфинам. Большие морские животные с отменными интеллектуальными способностями. Есть теория, по которой именно дельфины унаследуют нашу цивилизацию, когда человечество уничтожит себя, если, конечно, будет что наследовать. Я узнал в дельфинарии, что неподалеку от Алмазной Головы есть парк, где ученые дельфины показывают разные интересные фокусы.

Я глянул в зеркало. “Дацун” по-прежнему тащился за нами, когда мы выехали на авеню Калакауа. Она была названа в честь одного из их королей, который появился, когда кончились все их Камехамехи. На улице я заметил множество прелестных девушек в муу-муу и молодых людей в военной форме. Один-единственный транспортный корабль придал Вайкики весьма милитаристский облик.

— По ряду причин, в том числе из любви к ихтиологии, я бы хотел поехать именно туда, — сказал я своей спутнице.

— Вообще-то к рыбам и прочим морским животным я не пылаю особенной любовью — когда они не приготовлены поваром. А за нами что, следят?

— Следят, — подтвердил я.

— А вы хотите немного погонять этого человека?

— В общем-то да. Сегодня у него было мало моциону. Не хотелось бы, чтобы он обленился.

— Тогда поедемте смотреть на дельфинов. — Изобел замолчала и сказала совершенно иным тоном: — Мэтт!

— Да?

— Если мы работаем вместе, то... то, может, вы мне хоть что-то объясните. Например, кто такой человек в той машине и кого он представляет?

Я вполне ожидал этот вопрос. Нечто вроде этого она уже спрашивала меня вчера, и я тогда ее отшил. Теперь надо было что-то решать. У меня было три варианта. Я мог довериться ей и рассказать все, что знал, насчет предательства Монаха и моих попыток положить этому конец. Я мог также придерживаться официальной легенды, приспособив ее к новым обстоятельствам. Я мог также продолжать темнить, даже если это означало осложнение отношений.

Выигрывая время, я сказал:

— Пока могу предположить, кто он. Пятьдесят на пятьдесят, это тот человек, который ударил вас вчера по голове.

— Но это ничего не проясняет, — возразила Изобел.

— Нет, не проясняет, — согласился я.

— Он вполне может быть таким же американским агентом, как и вы.

— Вполне.

— А вы можете быть русским шпионом.

— Тоже запросто. Но, по крайней мере, нет сомнений насчет одной моей ипостаси.

— А именно?

— Я Санта-Клаус с мешком денег. И я готов ими поделиться с вами, миссис Марнер. За оказанные услуги. Надеюсь, это вам понятно? За услуги, не за вопросы. Вы ясно меня слышите?

Я увидел, как напряглись ее лицевые мускулы.

— Вам нет необходимости быть таким агрессивным, Мэтт, — сказала она.

— А вам нет необходимости быть столь любопытной. Делайте, что вам скажут, держите ваши вопросы при себе — и все будет отлично.