— Мэтт! — окликнула меня Изобел. По ее интонациям я понял, что, посердившись на меня, она решила сменить гнев на милость. Я отвернулся от иллюминатора, напомнив себе, что у меня есть роль. Впрочем, моя легенда провинившегося агента пока не произвела впечатления на тех, кому предназначалась, — по-моему, тот, кто придумал ее, не был великим сценаристом, но так или иначе, я не мог сменить амплуа, не заставив неприятеля задуматься, подозревать что-то и вовсе хитроумное. Однако как джентльмен, вынужденно оказавшийся на отдыхе, я имел право провести пару великолепных гавайских дней и ночей в обществе привлекательной дамы.

— Мэтт, ну что, нам это удалось?

— Что удалось? — нахмурился я.

— То, что мы собирались сделать. Оторваться от преследования. Иначе для чего было усыплять того мальчика и нестись на самолет...

— Изобел, вы большая оптимистка, — вздохнул я. — Неужели вы думаете, что, кроме того мальчика, за нами никто не следил? Не сочтите, что у меня мания величия, но когда речь идет о таком старом волке как ваш покорный слуга, бывает мало даже двоих, а то и троих охотников.

— По-вашему, есть кто-то еще?..

— Через три ряда, сзади, расположился тип с крючковатым носом. В темном деловом костюме и с портфелем. Утром в отеле я видел, как он прилежно вглядывается в даль с помощью бинокля. Он явно принял эстафету от нашего задремавшего приятеля. И можете быть уверены, что в Кахулуи к нам будет приставлен новый хвост, если мы сумеем отделаться от этого. — Так какого черта тогда было… — Изобел осеклась и вскинула руку. — Все, все! Не кусайтесь. Я снимаю вопрос. Приказывайте, хозяин, и все будет сделано. Но могу ли я по крайней мере спросить, где находится Кахулуи? Ведь когда мы приземлимся, я так или иначе буду это знать...

— Остров Мауи, — пояснил я. Изобел промолчала, и я, усмехнувшись, продолжал: — Вам следовало бы немножко подготовиться. Мауи — это второй остров от Оаху, сразу за Молокаи. Помимо Кахулуи, где находится аэропорт, и ряда других населенных пунктов там есть старый город Лахаина, Моряки с китобойцев обычно вставали там на рейде и отправлялись в город — напиваться и вступать в половые отношения — я цитирую из брошюры — с местными девушками, которые, судя по всему, отличались пригожестью и доступностью. Но затем появились миссионеры и все испортили. Теперь на побережье есть несколько шикарных отелей. С выпивкой там по-прежнему неплохо, но вот женщин лучше привозить с собой.

— А в одном из этих отелей у нас, значит, забронирован номер? — спросила Изобел, чуть прищурясь.

— В общем-то да, мэм. Пока вы собирались, я позвонил и нашел отель со свободными номерами. Но только все во множественном числе. Номера забронированы. Все очень целомудренно.

Она посмотрела на меня, и на лице ее медленно появилась улыбка.

— Ладно, Мэтт, спасибо. Я не хочу вредничать, но все же... Я, конечно, сказала, что готова на все, но в этом отношении я не люблю, когда меня просто ставят в известность.

— Я буду действовать исключительно с вашего согласия, — отозвался я. — Если до этого дойдет дело, то можете не сомневаться: я задам вам все необходимые вопросы. Но независимо от того, кто будет спать в какой кровати на самом деле, я бы хотел представить миру несколько аморальный облик нашей пары. Надеюсь, вы не станете возражать.

— Я, конечно, вовсе не светская шлюха, что бы там ни говорил мой супруг, когда он начинает перечислять все свои несчастья. С другой стороны, я и не весталка, поддерживающая священный огонь, или чем там они еще занимались. Но, так или иначе, я готова отдать на растерзание остатки своей репутации.

При ближайшем знакомстве оказалось, что в ней есть ироническая откровенность, которая вытеснила первоначальное впечатление надменности и отстраненности.