Однако… перед превращением Клут сам убеждал его, что вернется-разве не так? Он просил Тора оставаться на месте и ждать. Да, верно. Именно так Клут и сказал. Он обещал, что не оставит Тора… а если и оставит, то ненадолго. При этом воспоминании Тор почувствовал, как надежда оживает. Он сел и некоторое время сидел неподвижно, потом снова закрыл глаза, но не для того, чтобы уснуть. Его влекло волшебство, которое окружало поляну.

Это было могучее волшебство — могучее и совершенно непостижимое. Все, что мог сделать Тор — это увидеть его в виде радужного сияния и запечатлеть в памяти переливы цветов. Потом он вспомнил, как лес приветствовал его, когда они с Кнутом вошли в чащу. Теперь надо было сосредоточиться и попытаться заговорить с лесом.

Он долго посылал мысли, потом образы… и вдруг его осенило. Когда лес «улыбался», его самого окружало изумрудное сияние. Следующая мысль, которую Тор отправил лесу, напоминала мягкий зеленый шарик.

И Лес откликнулся.

— Добро пожаловать, Тор…

Шепот звучал одновременно внутри и снаружи, эхом пробегал в листве и отдавался в ушах.

— Не бойся… Твой друг вернется, и мы будем хранить его, всегда, всегда, всегда…

Тор был глубоко тронут. Он соединился с Сердцем Лесов, деревья пытались ободрить его, утешить… На душе стало легче. Юноша сердечно поблагодарил лес и вновь услышал, как по листьям пробежала легкая дрожь.

Наверно, сразу после этого он снова уснул, но ненадолго. Его снова разбудило легкое прикосновение — но не снаружи, а внутри. Что-то касалось его сознания с легкостью пера. Но это определенно был зов. Он становился более уверенным, пока Тор не понял, что больше не может спать. Все чувства обострились до предела, он наугад тянулся навстречу зову… И вдруг у него в голове вновь зазвучал голос Клута — так ясно, словно его друг находился рядом.

«Я нашел его!»

«Клут!»- воскликнул Тор. Он вновь чувствовал, как между ними протянулся невидимый канал.

«Он самый и никто иной! Я нашел Кайруса. Он здесь, в лесу, и не очень далеко».

«А где ты сам?»

«Уже здесь!»

Послышался свист. В последний миг сокол развернул крылья, замедлив падение, и грациозно опустился на землю. Тор непроизвольно попятился.

«Прости, — Клут склонил голову набок. — Не хотел тебя испугать».

Это был действительно сокол. Он совершенно по-птичьи следил за юношей большим черным глазом, окруженным ярко-желтыми перышками — точно под цвет блестящих лапок, точно покрытых потрескавшимся лаком. Тор поймал себя на том, что не может смотреть на эту благородную птицу без восхищения. Блестящая, иссиня-черная спинка, такие же крылья — точно плащ, наброшенный поверх белоснежного камзола.

«Тот Клут был такой страшный, верно?» — сокол повернул головку в. другую сторону и сделал несколько шагов, позволяя Тору получше себя рассмотреть.

«Я… я так испугался…» — честно признался Тор.

Сокол подпрыгнул, захлопал крыльями и приземлился Тору на плечо. Когда острые коготки царапнули кожу, юноша поморщился.

«Тебе больше нечего бояться, Тор».

«Но почему… так?» — Тор отбросил волосы и повернул голову, чтобы посмотреть на сокола, который удобно устроился у него на плече.

«Потому что твой бесстрашный защитник вернулся к тебе».

«Я не о том. Почему ты стал птицей?»

«Не могу сказать… — сокол вздохнул — во всяком случае, это больше всего походило на вздох. — Лисс захотела, чтобы я стал соколом, и велела довериться ей. Что я с радостью и сделал. Мое прежнее тело мне все равно не нравилось.