«Значит, это навсегда? Ты больше никогда не будешь Клутом?» — грустно спросил Тор. Лапки у птицы были очень сильными, и если бы не когти, можно было подумать, что его держит за плечо крепкая рука.

«Я тот же Клут, Тор. Ничего не изменилось, кроме тела, в котором я живу. Да, это навсегда. Но, повторяю, это тело мне нравится куда больше».

«Знаешь, иногда мне кажется, что я свихнусь от всех этих странностей и перемен. Только у меня появился друг, самый лучший, самый близкий на свете… — его голос сорвался. — И вдруг он превращается в птицу…»

«Я знаю, — с нежностью ответил Клут. — Но это делается не просто так. Мы должны доверять Лисс и друг другу».

«Я доверяю тебе, но при чем тут какая-то Лисс? Она не принесла тебе ничего, кроме печали и боли… а теперь еще и это!»

Тор тряхнул головой, встал и прошелся по поляне. Его переполнял гнев. Сокол крепко вцепился ему в плечо, чтобы удержаться, но юноша почти не обращал внимания на его коготки.

«Она привела меня к тебе, Тор. Это все, что я знаю. А теперь превратила меня в великолепное существо, и я счастлив. Не жалей меня. Если бы ты только знал, какое это чудо — парить высоко над землей! Ладно, идем скорее. Кайрус в опасности. О странностях судьбы можно поразмышлять на досуге. А сейчас надо действовать. Следуй за мной, это недалеко».

В подтверждение своих слов сокол подпрыгнул, словно собирался взлететь.

«Клут» — в голосе Тора послышалась мольба.

«Он умирает, Тор, — терпение сокола явно было на исходе — То, что с ним сделали, омерзительно. И никто не сможет ему помочь, кроме тебя. Ладно, потом поговорим, надо идти!»

Два мощных взмаха крыльев — и Клут уже сидел на вершине высокого дерева.

«Не теряй меня из виду. Мы должны двигаться как можно тише, чтобы застать их врасплох».

Он покинул свой насест и полетел в лес. Тор тихо шел следом. К счастью, темное оперение сокола было хорошо заметно на фоне листвы. Но что произойдет, когда Клут приведет его к Кайрусу? И кто такие «они»? Юноша предпочел воздержаться от расспросов. Лес понемногу становился гуще, Клут уже не перелетал с ветки на ветку, а летел над вершинами. Наконец ему пришлось полагаться лишь на невидимую «веревку», которая по-прежнему тянулась за соколом, позволяя чувствовать его присутствие. Внезапно Клут снова окликнул его.

«Тихо, Тор. Теперь ступай как можно осторожнее. Они в тридцати шагах от тебя».

Впрочем, Тор слышал сам. Люди шли по лесу, не таясь, хотя разговаривали вполголоса.

«Сколько их, Клут?»

«Пятеро. Главный — Корлин».

«Корлин?!»

Хорошо, что они с Кнутом разговаривают мысленно, подумал Тор. Сейчас его вопль был бы слышен по всему Лесу.

«Он самый», — с ненавистью отозвался сокол.

«Значит, месть? Все это — просто ради мести?»

Тор сделал еще несколько шагов и притаился среди молодой поросли. Отсюда ему было хорошо видно похитителей.

«Другой причины я не вижу, — Клут плавно спустился к нему на плечо — осторожнее, чем в прошлый раз, но Тор вздрогнул. — Из-за всей этой истории на рыночной площади Корлин осрамился, так что у него есть повод ненавидеть

«Сделай одолжение, Клут… Предупреждай, когда соберешься снова на меня сесть!»

Тор присмотрелся. Двое дремлют, еще двое пьют что-то из кружек. А вот и Корлин — сидит в стороне, рядом с лошадьми, неподвижный, как статуя.

«Где Кайрус?» — быстро спросил Тор.

«Справа от тебя».